Моё нутро сжимается, когда его пальцы дразняще скользят по моим набухшим половым губам. — Разве это имеет значение, если да? Это тебя не остановит. — Я чувствую его озорную улыбку у своего виска в ответ. Мы трахаемся уже бесконечные часы. Он брал меня в бесчисленных позах по всему своему лофту и наполнял все мои дырочки, пока я не была переполнена его спермой, и мы не стали липким потным месивом. Так мы и оказались в душе вместе — передышка, как я думала, но судя по тому, как его большой палец гладит мой клитор, наверное, нет.

— Как твоё горло? — спрашивает он, и я слышу, как он пытается подавить смех, когда я с усмешкой шлёпаю его по руке. Он дико брал меня глубоко в горло снова и снова, пока я чуть не потеряла сознание, и мой голос всё ещё хриплый. Он целует уголок моего глаза, одна рука скользит вверх, чтобы ласкать и играть с моими измученными набухшими сосками, а пальцы другой руки раздвигают мои половые губы, и палец гладит мой вход, прежде чем проскользнуть внутрь и медленно двигаться. Его твёрдый член прижимается к моей пояснице, когда он начинает покусывать место, где встречаются шея и ключица. — Хочешь, чтобы я остановился?

Его вопрос забавляет меня. Думаю, мы оба знаем, что если бы я сказала нет, я бы солгала. Моя влага, покрывающая его палец, подтверждает это, как и зарождающийся оргазм, уже поднимающийся во мне. В любом случае, вопрос спорный. У меня нет желания говорить ему нет в этот момент. Я, кажется, не могу насытиться им так же, как и он мной. Я встаю на цыпочки и прижимаюсь задницей к его напряжённому члену, и он подаётся вперёд, его твёрдая бархатистая плоть оказывается между моих ягодиц. Он отводит назад и вонзается, вырывая стон из моих губ, затем скользит внутрь меня и погружается до основания. — Блядь, ты так хорошо ощущаешься вокруг моего члена, Сорвиголова.

Слова, кажется, ускользают из моего перевозбуждённого сознания, и всё, что я могу, — это всхлипывать, когда он толкает меня вперёд к кафельной стене, сгибает меня и прижимает моё лицо к скользкой плитке своей безжалостной требовательной хваткой за волосы, вонзаясь в мою киску, как одержимый. Мои руки поднимаются, впиваясь в плитку в поисках опоры, которой нет, когда наша кожа громко хлопает, борясь за превосходство со звуком воды. С Ксавьером никогда нет нежности. Я не уверена, способен ли он на это. Словно внутри него бушует навязчивая потребность заполнить каждую часть меня, испачкать меня собой, чтобы я была навсегда изменена, навсегда помечена как его.

Мы в своём раскалённом коконе, вода добавляет ещё один элемент к нашему гедонизму, и я теряюсь во всех ощущениях, когда мой оргазм начинает подниматься по моим конечностям, мои глаза опускаются до полуприкрытых, ноги дрожат, и рот раскрывается в крике, когда вода заливает меня. — Вот так, детка, души и сжимай мой член, — стонет он.

Одну секунду он внутри меня, и я готовлюсь взорваться. В следующую секунду стеклянная дверь с грохотом распахивается и разлетается вдребезги, и его вырывают из меня, как раз когда мой оргазм начинает нарастать. Мои глаза почти вылезают из орбит, когда я вижу, как большая рука в одежде обхватывает шею Ксавьера и вытаскивает его из душа, пока он скользит и пытается устоять на ногах. Крик срывается с моих губ, когда я поворачиваюсь и пытаюсь схватить его, но слишком поздно. Он отбивается от нападающего, который борется с ним, и они оба теперь на полу.

Предметы разбиваются и ломаются вокруг них, пока они обмениваются тяжёлыми ударами, обнажённое мокрое тело Ксавьера сопротивляется, и мгновение мой мозг не может осознать, кто его нападающий, а затем я с паникой понимаю, что это разъярённый Джаспер. — ДЖАСПЕР! О, БОЖЕ МОЙ! ПРЕКРАТИ!

Удар за ударом обмениваются, кровь размазывается по их плоти, и ни один из них не колеблется в попытке уничтожить другого. Я пытаюсь протиснуться между ними, чтобы остановить их, но один из них сильно отталкивает меня, и я падаю, врезаясь в остатки разбитой душевой двери. Острые осколки вонзаются в мою мокрую кожу с ослепительной болью, и я смотрю, почти в оцепенении, как капли рубиново-красной крови стекают по моим рукам и боку.

— Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ ТЕБЯ, КОЗЁЛ! Я ГОВОРИЛ, ЧТО БУДЕТ, ЕСЛИ ТЫ СНОВА К НЕЙ ПРИКОСНЁШЬСЯ! — кричит Джаспер с безумным выражением лица, обхватывая руками горло Ксавьера и пытаясь задушить его.

— Джаспер! — Я заставляю себя сделать шаг вперёд, и ещё больше стекла вонзается в подошвы моих босых ног от хаоса вокруг. Холод окутывает моё тело, когда никто из них не слушает меня, и они продолжают драться, как два агрессивных гориллы. — ПОЖАЛУЙСТА, ПРЕКРАТИТЕ!

— Она моя! Думаешь, ты можешь прийти сюда и попытаться отнять её у меня? — рычит Ксавьер, вырываясь из хватки Джаспера и вонзая кулак ему в лицо раз, два, три, пока кровь не льётся изо рта Джаспера.

Джаспер плюёт кровью в глаза Ксавьеру, временно ослепляя его, и он отступает, вытирая лицо. Оба мужчины тяжело дышат, их тела излучают ярость.

Убирайся отсюда, милая. Здесь больше небезопасно. Иди, сейчас же!

Я так испугана голосом в голове, что почти падаю, и волна головокружения обрушивается на меня. Словно моё тело контролирует внешняя сила. Я вижу, как обнимаю стены ванной, пытаясь добраться до выхода, затем ловлю себя и останавливаюсь. — НЕТ, Я НЕ ОСТАВЛЮ ИХ!