Я позволяю уголку моей губы приподняться, скользя взглядом по его чертам, и замечаю, как мой взгляд влияет на него, поскольку румянец поднимается по сильной колонне его шеи. — Я ни на секунду не верю, что у вас нет компании. Что касается того, что я красивая, спасибо за комплимент, но это мало влияет на то, почему вы меня пригласили. Давайте обсудим Пепельного Творца, хорошо? Можете начать с того, чтобы рассказать мне, что вы знаете.

— Что я получу взамен, если поделюсь с вами информацией? — Он поднимает руку, когда я собираюсь ответить. — Моя гражданская обязанность — недостаточный стимул, Сорви... Скарлетт. Чем дольше Пепельный Творец убивает, а вы не можете его поймать, тем больше у меня новостной работы.

Что он собирался назвать меня, прежде чем сдержался? Он прав, конечно; чем дольше это тянется, тем сильнее за это ухватится общественность. Он, как и остальные его коллеги-черви, будет продолжать тревожить общественность, накручивая их и заставляя бояться, что они следующие в списке Пепельного Творца, что далеко от правды. Он не убивает без разбора. Общественности на самом деле мало что угрожает, если только, как я подозреваю, они не мужчины, которые жестоко обращались с женщиной или ребёнком, но я не собираюсь делиться этой информацией с Ксавьером Пуаном в ближайшее время.

— Насколько сильно вы хотите узнать, что я обнаружил, Скарлетт? Уверяю вас, это может привести к прорыву в деле и помочь с профилем Пепельного Творца. Вы будетте на шаг ближе к его поимке. — Он непринуждённо откидывается на стуле, словно не дразнит меня окровавленной морковкой над головой. Он знает, что если я не поймаю Пепельного Творца в ближайшее время, есть реальная вероятность, что директор Шоу и начальство заменят нас с Джаспером. Это лишь вопрос времени.

Вспышка огня пробивается сквозь мои непосредственные мысли, выбивая меня из равновесия, образ настолько реален, что я чувствую капли пота, выступающие на внутренней стороне рук. — Я могу вас арестовать и посадить в камеру за воспрепятствование правосудию, Ксавьер, — цежу я с раздражением.

— Можете, но вы знаете так же хорошо, как и я, что Закон о защите источников и Первая поправка защищают журналистские источники. — Он снова дарит мне свою широкую улыбку. Его белые ровные зубы теперь полностью на виду, как у волка, готового впиться в свою добычу. Ему нравится эта игра «ты — мне, я — тебе», и, что хуже, он прав. Я не смогла бы удерживать его долго. Козёл.

— Что вы хотите взамен на эту информацию, если она жизнеспособна? — с осторожностью спрашиваю я. Что-то в его выражении лица даёт мне понять, что он считает, что уже победил, и это задевает мою гордость и играет на моих неуверенностях. Густая тишина заполняет пространство между нами, ещё больше накаляя мои нервы. Я внимательно слежу за его чертами, и это почти похоже на то, что он борется с самим собой.

— Вы. Одна ночь с вами, Скарлетт Лисса. В моей постели, в моих объятиях, чтобы я мог взять от вас всё, что хочу.

Какого, блядь, хрена. Его слова — бомба. Я так шокирована, что небрежно опрокидываю бокал с вином, и его содержимое проливается на белую льняную скатерть, оставляя пятно, как на моих местах преступлений. Даже когда оно расползается по столу, как злобная река, Ксавьер не отпускает меня из своего интенсивного взгляда, и я понимаю, что задерживаю дыхание.

Я отодвигаю стул и встаю, готовая выйти из этого ресторана и не оглядываться. Как он смеет требовать этого от меня? Я не шлюха, чтобы торговать своим телом в обмен на информацию. Часть меня хочет перейти на его сторону стола и дать ему пощёчину, но я бьюсь об заклад, ему бы это понравилось, и я оказалась бы во всех социальных сетях. — Вы отвратительны, и это конец. Держитесь от меня подальше, Ксавьер.

— Он охотится на мужчин, которые насилуют и растлевают детей, и которые избивают, пытают и торгуют женщинами. Он не в припадке безумия, он вершит самосуд. Правосудие, которое вы и ваши коллеги из правоохранительных органов не смогли обеспечить жертвам. Он делает то, что вы не можете, Скарлетт, и он не остановится, пока не очистит город.

Его слова приковывают меня к месту, когда он поднимается на ноги, гнев вспыхивает в его светлых глазах. Прежде чем я успеваю сделать больше двух шагов от стола, он хватает меня за запястье, притягивая ближе, наши тела теперь прижаты друг к другу, так что я чувствую жар, исходящий от него, когда он наклоняется и шепчет мне прямо в ухо. — Я расскажу вам всё, что знаю. Как я получил эту информацию и как мне удавалось отслеживать его жертв раньше вас. Всё, что я прошу, — это одна ночь. Я не причиню вам вреда, если только вы сами не попросите. — Его запах наполняет мои чувства чем-то богатым и роскошным, с нотками цитруса, пряного перца, имбиря и дымной кожи, и это почти слишком. — Я хочу доставить вам удовольствие, Скарлетт. Позвольте мне, и тогда у вас будет ещё один недостающий элемент, чтобы поймать Пепельного Творца.