Я поднялся с камня, отряхнул штаны и шагнул через Тень домой. В моем поместье было тихо, солнечно и пахло свежескошенной травой, а на моем любимом кожаном диване, на том самом, за который я в свое время бился с Аней и таки отбил, лежал Затупок. Он лежал на спине, лапы врозь, пузо кверху, одна его задняя нога свисает до пола. Морда была умиротворенная, из его пасти торчало недоеденное яблоко, а сам официальный Избранный Многомерной Вселенной храпел так, что на серванте позвякивала посуда.

Я постоял над ним пару секунд, испытывая всю гамму чувств, доступную человеку в моем положении, затем наклонился и вынул яблоко.

— Так, боец… Подъем! — сказал я, и медоед приоткрыл один мутный глаз. — Хорош сиськи мять! Пора тебе, наконец, стать полноценным Избранным!

Глава 11

Затупок выплюнул яблоко мне в ладонь, перевернулся на живот и вопросительно уставился на меня снизу вверх. Один его глаз ещё слипался после сна, зато достоинства в морде хватало на парад перед всем звериным царством.

— Я гордый зверь и куда попало не пойду, — заявил медоед, подтягивая под себя лапы.

— Пойдёшь, ещё как! — сообщил я и положил яблоко на спинку дивана.

— Нет! — Затупок сел и выпятил грудь. — Вообще-то я Король, поэтому не обязан!

— Король против Великого Охотника — это немного мелковато, — напомнил я, присаживаясь перед ним на корточки.

Медоед задумался. Это сравнение явно не понравилось ему, но потом его морда просветлела.

— Я Избранный и… — Затупок осёкся, затем медленно прижал уши.

— Вот именно, Избранный, — обрадовался я, поймав его за загривок. — Пора искать свой путь и приносить мне пользу. А чтобы не было скучно, я немного тебе помогу.

— Не надо мне помогать, — буркнул он, попытавшись вывернуться. — Я сам умею.

— Ты сейчас спал с яблоком во рту, — напомнил я, перехватывая его удобнее. — Не рыпайся. Первое испытание обычно самое лёгкое.

Насчёт последнего я, конечно, соврал. Какие испытания Многомерная готовила своим любимчикам, заранее не знал никто, в этом и заключалась её задумка. А с Избранными вообще выходила странная история. Официальные умники утверждали, что Многомерная ищет тех, кто способен изменить ход событий, а испытания помогают им лучше раскрыться.

Я же придерживался другой версии. Однажды Многомерной стало скучно и она выбрала случайное существо, объявила его особенным и устроила представление на всю Вселенную. Типа, получайте Избранного вместе с испытаниями. Ставки можно принимать до первой серьезной ошибки.

По Многомерной каждый раз расходилось оповещение. Зрителей набиралось много. Только об Избранных, которые действительно чего-то добились, я почти не слышал. Их имена всплывали позднее, обычно в рассказе о гибели. Кто-то из них даже дошел до третьего испытания. Один особенно талантливый умудрился вызвать награду внутрь себя и лопнул. В общем, перспективы у Затупка были самые отличные.

После избрания его душа перестроилась. Раньше там находилась крепкая звериная основа, привязка ко мне, и мои печати. Сейчас Многомерная без спроса пристроила к этому хозяйству целый коридор с закрытыми дверями. За каждой такой дверью сидело право на испытание, награду или переход. Некоторые узлы ещё пустовали, вот туда я и полез.

С Одином когда-то я работал грубее. Я дал крысёнышу доступ к душам и позволил самому строить подходящую тактику. Затупку такую свободу выдавать было ещё рано. Он первым делом вытащит того, кто громче всех рычит, а потом забудет спросить, как его запихнуть обратно, поэтому команды каждой твари я прописывал заранее.

— Щекотно, — предупредил Затупок, когда я коснулся первой ячейки силой.

— Терпи, — попросил я, раскрывая Океан Душ. — Настоящие герои не жалуются на щекотку.

— Я могу тебя укусить, — пригрозил медоед и покосился на мою руку.

— Настоящие герои иногда кусаются, — признал я, усиливая удерживающий контур. — Вот только потом получают по заднице.

Первой я выбрал Крылатую Хтонь. Тварь жила в мире, где земля встречалась кусками и чаще всего падала вниз. Четыре крыла, длинные лапы, хватка такая, что однажды она унесла из-под меня мост вместе с охраной. Дралась она посредственно, зато из любой ямы вытащит даже упирающегося медоеда.

Я уложил его душу в свободный узел и поставил условие — материализоваться, если Затупок упадёт, окажется над смертельно опасной жидкостью или будет не способен добраться до нужной цели по земле.

— Мне крылья не нужны, — сообщил медоед, когда внутри него шевельнулась новая сила.

— Это не тебе, — объяснил я, закрепляя связь. — Хтонь понесет тебя за шкирку.

— Не понесет, — Затупок оскалился и попробовал дотянуться зубами до собственной спины.

— Уже понесет, — заверил я, проверив приказ.

Следом отправился Панцирный Хряк. Он должен был выходить, если кто-нибудь все-таки прокусит медоеду шкуру или попытается откусить его толстую задницу.

Последнее условие Затупок заметил сразу.

— Почему задницу? — возмутился он, развернув ко мне голову.

— Потому что ты всегда лезешь мордой вперед, — ответил я, затягивая узел. — Врагам остается другой конец.

— Пусть попробуют, — Затупок прищурился и щелкнул зубами.