— Зефира, — произношу я с сомнением, протягивая ей руку и помогая подняться на ноги. — Я не понимаю.

Её брови сдвигаются, а в сузившихся глазах мелькает обида. Она качает головой:

— Я не сумасшедшая. Я не… Я не блять сумасшедшая! — Она выкрикивает эти слова так громко, что, мне кажется, их слышит вся впадина. Однако этот крик обращен не ко мне. Она разворачивается, крича в сторону замка вдали. Далеко-далеко на горизонте. — Ты не сделаешь меня грёбаной безумицей! — Затем, повернувшись ко мне, она выдыхает: — Арион, это правда не так. Клянусь, я видела то, что видела.

И убеждённость в её взгляде слишком сильна, чтобы её игнорировать. Она свято верит, что видела призраков, открыла дверь и слышала голоса, и я не собираюсь с ней спорить. Мы прошли через слишком многое. Она прошла через слишком многое.

— Я знаю. Я верю тебе.

При этих словах она буквально врастает в меня, утыкаясь головой в мою грудь и обвивая меня руками. Её дыхание со свистом вырывается сквозь губы. И я держу её. Держу, потому что скоро больше не смогу этого сделать. Держу, потому что мои мышцы сводит судорогой, кости наливаются свинцом, а внутри меня живёт то — огромная, невозможная часть меня, — что любит её.

Я люблю Зефиру из Силь.

Я умираю.

— Если вы двое не против приберечь это искрящее сексуальное напряжение на потом, — раздаётся в паре дюймов от нас задыхающийся голос Гавриала, — у нас тут есть дерьмо, с которым надо разобраться прямо сейчас. — Он указывает на бурлящий водоворот, но когда мы все оборачиваемся — Веспер и Амайя как раз поднимаются кучей чуть позади нас, — вода исчезает. Между одним морганием и следующим она просто… испаряется.

— Что? — выдыхает Зефира, а Веспер одновременно с ней шепчет: — Что с нами происходит?

Мне остаётся только согласиться с обоими. Для чего бы ни была предназначена та комната… она явно не хотела нашего присутствия. И я не уверен, что у нас есть способ вернуться. Не уверен, что кто-то вообще захочет возвращаться. Веспер и Амайя с трудом расцепляются, ноги Веспер тоже остаются в человеческой форме, пока Гавриаль поднимает свой меч. Он шипит, едва коснувшись его, и клинок разлетается на куски. От него идёт дым — но не от пламени, а от разъедающего льда.

Зефира потрясенно смотрит на обломки оружия:

— Нет. Нет, это не имеет смысла. Мы нашли тот проход. Там была река, призраки и… и я открыла ещё одну дверь.

— Призраки? — переспрашивает Амайя. — Что ты вообще несёшь?

Зефира резко разворачивается к принцессе:

— Вы их не видели?!

Амайя медленно качает головой, растерянная не меньше остальных.

Я не хочу, чтобы Зефира поддавалась панике — продолжала паниковать, — поэтому произношу:

— Давайте просто разберёмся, что тут происходит. Может, мы сможем перегруппироваться на корабле… — Мои слова затихают, когда я поворачиваюсь к кораблю и внезапно, с пугающей отчётливостью осознаю…

Мы стоим вовсе не на насыпи.

Мы стоим на ступени.

Я сжимаю челюсти, когда вглядываюсь в невозможное. Приливная волна, должно быть, раскопала впадину, обнажив то, что веками оставалось погребено под толщей воды. Морское дно очистилось, осадок улёгся, а корабль и замок… волны унесли нас так далеко, что они кажутся лишь блёклыми силуэтами на горизонте. А прямо перед нами — город.

Купола руин из мерцающего белого гранита и бирюзового стекла вздымаются гигантской спиралью в самом центре впадины. Плети морских водорослей обвивают массивные ребристые колонны; растения древние, но изумрудно-зелёные. Живые. Дорожки морского дна петляют между зданиями, окаймленные с обеих сторон зеркальными жеодами и пастельно-розовыми лилиями, а по центру тянутся глубокие мощёные дороги.

Всё здесь первозданно.

Всё здесь идеально.

И я знаю — так же твёрдо, как знаю собственное имя, — что это за город. Я провёл достаточно времени, изучая его хроники. Мы потратили достаточно сил, разыскивая его. Это должно было быть невозможным, но это не так.

Абиссис.

— Мы нашли его, — шёпотом произносит Зефира. — Я не могу поверить, что мы нашли его.

Она устремляется вверх по ступеням, к цилиндрическому зданию над нами. Амайя поворачивается к уцелевшим солдатам и приказывает им рассредоточиться, обыскать как можно больше построек на предмет сокровищ.

— Нет. — Зефира резко качает головой, замирая в нескольких шагах от вершины, и оборачивается. — У нас нет времени. Колдун не отстанет — стражники уже предупредили его. Он знает, что мы здесь. Мы не можем рисковать и разделяться — не тогда, когда нам, возможно, придется бежать в любую секунду.

Амайя наклоняет голову со своей привычной кошачьей грацией, медленно моргая:

— Мы найдём время. — Пауза. — Я не боюсь твоего колдуна.

Зефира хмурится:

— Вот это… это действительно редкостная глупость. Его замок уже забрал часть твоей команды. Ты хочешь, чтобы он забрал остальных?

В глазах Амайи вспыхивают молнии, и она говорит с пугающей уверенностью: