Я сделал вид, что не заметил, как она потом уткнулась пылающим лицом мне в плечо.

Уверенность в себе не появляется за одну ночь.

Но, боже мой, она старалась.

Сильная. Умная. Смешная в своей острой, саркастической манере, которая постоянно держала меня в тонусе. Достаточно красивая, чтобы в некоторые дни делать связные мысли невозможными.

Ей просто нужно увидеть себя такой, какой вижу её я.

— Эллиот, — снова говорит Лиз, на этот раз медленнее. — Что творится у тебя в голове?

Я бросаю взгляд туда, где она осторожно опускает Капитана Уточку в переноску.

— Извини. Засиделся допоздна.

— Очевидно, — сухо отвечает она. — За все годы нашего знакомства я никогда не видела тебя таким отрешённым.

Я пожимаю плечами, сдерживая зевок за кулаком. Даже в те вечера, когда Кэтрин не было у меня дома, я не спал, изучая упражнения на заземление, техники медитации, всё, что могло бы помочь ей стабилизировать свою магию. Водяные ведьмы с такой сильной магией, как у неё, и так были достаточно редкостью. Водяные ведьмы, напрямую связанные с нестабильными всплесками магических линий? Информацию о них почти невозможно найти.

Лиз смотрит на меня секунду, прежде чем на её лице появляется хитрая улыбка.

— Ты собираешься взять эту девчонку на пляжную вечеринку в полнолуние?

Я останавливаюсь на полпути к уборке своего рабочего места.

«Эта девчонка» — это было не совсем тонко.

— Если под «этой девчонкой» ты подразумеваешь Кэтрин Прескотт, — отвечаю я, сохраняя нейтральное выражение лица, — то да.

Лиз ухмыляется, как акула, учуявшая кровь в воде.

— Хорошо. Мы все мечтаем познакомиться с девушкой, которая наконец-то покорила сердце печально известного Эллиота Фицджеральда.

Я закатываю глаза так сильно, что мне становится физически больно.

— Я не печально известный.

— Да ладно. Половина города думала, что у тебя аллергия на обязательства.

— Это неправда.

— Однажды на летнем костре ты сказал женщине, что твоему морскому льву нужна свобода.

— В свою защиту скажу, что она спросила, не хочу ли я переехать в Неваду. Где нет океана.

Лиз заливается смехом, а остальные рядом хихикают.

Я хватаю сумку, прежде чем она успевает продолжить.

— Нужна помощь, чтобы доставить его в заповедник сегодня вечером?

— Нет, мы сами справимся, босс, — она подталкивает меня к двери. — Ты и так всю неделю работал сверхурочно после спасения дельфина. Иди домой. Спи. Драматично тоскуй по своей загадочной девушке.

— Я не тоскую драматично.

— Ты буквально десять минут смотрел на эту черепаху, выглядя как разведённый моряк.

Я предупреждающе указываю на неё, пока команда смеётся ещё громче.

— Вы все уволены.

— Увидимся на вечеринке! — весело кричит Лиз.

Я качаю головой, не в силах сдержать улыбку, и в последний раз приседаю рядом с Капитаном Уточкой.

— Держись, малыш, — бормочу я, слегка постукивая по его панцирю сквозь прутья. — Ты скоро снова будешь плавать в бескрайних просторах океана. Может, я когда-нибудь увижу тебя в волнах, — я слабо улыбаюсь. — Только держись подальше от человеческого мусора, ладно?

Черепаха медленно моргает.

Я хватаю ключи и выхожу.

Дорога домой проходит в тишине, окна опущены, солёный воздух льётся в салон. К тому моменту, как я подъезжаю к своему дому, я уже чувствую, как океан тянет меня. Беспокойное притяжение глубоко в костях.

Мне нужна вода.

Я бросаю бумажник и ключи на кухонный стол и раздеваюсь у задней двери, прежде чем направиться по песчаной тропинке к пляжу. Прохладные песчинки перетекают под ногами, пока прилив лениво накатывает на берег, заходящее солнце начинает освещать волны, словно огонь.

В тот момент, когда вода достигает моих колен, я отпускаю.

Магия проносится сквозь меня знакомым пульсом, и моё тело плавно принимает форму морского льва. Я ныряю под воду, мгновенно становясь невесомым.

Облегчение разливается по мне.

Солнечный свет пробивается сквозь воду преломлёнными золотыми лучами, а течения скользят по моей гладкой шкуре. Я сильно машу хвостом, проносясь по океану, как торпеда, прежде чем развернуться в крутом круге просто потому, что могу. Вокруг меня струятся пузырьки, а стаи серебристых рыбок стремительно уплывают.

Здесь, внизу, всё просто.

Никаких дедлайнов. Никаких ожиданий.

Никакой боли в рёбрах в форме Кэтрин.

Я ненадолго всплываю на поверхность, чтобы вдохнуть воздуха, прежде чем снова нырнуть, патрулируя береговую линию, в то время как мои мысли всё равно возвращаются к ней.

Кэтрин с каждым днём чувствовала себя со мной всё комфортнее. Расслабленнее. Открытее.

Теперь она смеялась легче.

Отвечала на мои поддразнивания.

Иногда смотрела на меня, когда думала, что я не обращаю внимания.