— Песок движется, — повторил Дерек парням с айпадами, словно я не нес откровенную чушь. — Ладно. Окей. Закапываем обратно, кладем мешки с песком, двигаемся дальше. Это же пляж, верно? Пляжи — это, по сути, просто большие песочницы.

Он махнул рукой, айпады пришли в движение — да будет воля его.

К закату труба снова вылезла, а мешки с песком провалились. Был виден верхний угол одного из них, торчащий из песка, как надгробие. В генераторах, которые стояли на платформах специально, чтобы защитить их от песка, был песок — чему не находилось никакого иного объяснения, кроме магического.

Дерек был недоволен.

Я нашел ее в дюнах над душевыми в семь часов, точно там, где она и сказала. Она сидела по-турецки в тусклом вечернем свете, погрузив руки по запястья в песок, с закрытыми глазами; из-под ее ресниц сочился золотистый свет.

Я сел рядом без приглашения. Песок подо мной был теплым и гудел.

— Ты раскурочила водопровод.

— Якобы.

— В четверг Дерек привозит инженера-геотехника. Страховая хочет подтвердить, что грунт на площадке стабилен.

Она открыла глаза. Золото в них приглушилось, сменившись чем-то более настороженным.

— Звучит как слив информации.

— Я просто поддерживаю беседу.

— Ты у них на зарплате.

— Я в курсе, кто мне платит, и прекрасно осознаю, что мне продолжат платить, даже если это мероприятие признают убыточным. Нестабильные пляжи не имеют ко мне никакого отношения. — Я откинулся на локти и посмотрел вниз, на лагерь, где ночной охранник осматривал генератор, который только что вежливо кашлянул и сдох.

— Судя по всему, консультанта зовут Грег. У него есть георадар, которым он собирается просканировать северный участок, и я не знаю, как выглядят черепашьи гнезда на радаре, но подозреваю, что как «аномалии». А еще подозреваю, что Дерек не задает уточняющих вопросов, прежде чем вбивать над ними колышки.

Она замерла. Магия перестала струиться сквозь песок, когда всё ее внимание переключилось на мое лицо.

— Они знают о гнездах. Они поймут, что это такое. Может быть, это…

Я одарил ее жестким взглядом.

— Ты правда думаешь, что Дерек и «РипТайд» отнесутся к разрешениям серьезно теперь, когда они увидели гнезда?

Она нахмурилась, потому что знала правду. Они выдернули флажки, которые тот местный добряк воткнул в песок. Здесь было то же самое. Они не собирались делать ничего хорошего; они просто прикрывали свои задницы ровно настолько, чтобы этот цирк начал гастроли.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

Я мог бы сказать: «Потому что это смешно». И это было бы правдой. Мог бы сказать: «Потому что Дерек — мудак». Тоже правда. Но истина была сложнее.

Пока мои долги оплачивались, какое мне было дело до триумфального возвращения? Всегда будут другие соревнования, и по правде говоря — если уж смотреть правде в глаза, — я знал, что в любом случае не заслуживаю никакого возвращения.

— Я всегда делал всё, что они говорили. Прийти, улыбнуться, подержать бутылку, оплатить… — Я захлопнул эту дверь. — Всё, что от меня требовалось. Но я Эль Тибурон, предполагаемый «плохой парень» серфинга. Может, я забыл об этом, и мне нужно устроить немного неприятностей.

Секунду она молчала, покусывая губу. Мне не понравился ее взгляд — словно она не до конца мне верила.

— Эль Тибурон. Не Чейз Перес?

— Одно и то же.

— Ммм. — Она мне не поверила, дала мне понять, что не верит, а затем отбросила эту мысль. Потому что, как она уже не раз говорила, это просто сделка, так? Она повернулась обратно к дюне, погрузила руки в песок и спросила:

— Радар Грега от чего работает? От генератора?

— Скорее всего, от аккумулятора. А что?

Под ее ресницами вспыхнуло золото, и внизу под нами весь северный участок пляжа, песчинка за песчинкой, начал поглощать оставшиеся мешки с песком.

— Сядь ближе, — пробормотала она. — Мне понадобится сила.

— А что за это получу я?

Я придвинулся ближе. Ее плечо прижалось к моему, статическое напряжение преодолело последний дюйм. Мои чувства обострились, как это всегда происходило рядом с ней; я наклонился и прикусил ее за плечо. Не сильно, ровно настолько, чтобы она вздрогнула, — и в этот момент, конструкция, державшая светодиодный экран, с грохотом рухнула на песок.

Она открыла глаза, ухмыляясь.

— Еще один бесплатный смузи, Тибби?

— Не называй меня так.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

СЕЛЕНА

Наступил четверг, а вместе с ним появился и Грег.

Грег приехал на белом пикапе и выгрузил то, что выглядело как злобный кузен газонокосилки, — георадар. Он расставил конусы, надел миленький жилетик, одобренный Управлением по охране труда, и всем своим видом демонстрировал неторопливость человека, который работает с почасовой оплатой и на которого ни разу в жизни не нападала стая чаек.

Я наблюдала за ним из окна «Укуса акулы» в бинокль — с очень непринужденным видом.