— Это она? — Фостер вытягивает шею, пытаясь разглядеть мой экран. — Зови ее. Я хочу посмотреть на девушку, у которой хватило смелости согласиться с тобой встречаться.

— Это не…

— Пиши ей. — Он пихает меня ногой под столом. — Давай. Тебе все равно надо тренироваться выглядеть убедительно, так? Считай это тестовым прогоном.

Он прав. И меня это раздражает.

Эмми:Буду через 20 минут, — отвечает она до того, как я успеваю все взвесить. — Займите мне местечко!

Через двадцать три минуты дверь распахивается, и появляется она.

На Эмми джинсы, облегающие ее бедра, и зеленый свитер, от которого ее ореховые глаза кажутся скорее золотистыми. Волосы распущены и спадают на плечи мягкими волнами, а на губах играет та самая улыбка, от которой все ее лицо озаряется светом, словно она искренне рада видеть каждого в этом заведении.

Она замечает наш столик, машет рукой и пробирается сквозь толпу.

Я вижу, как взгляд Фостера скользит по ней. Вниз, затем вверх. Задерживается на секунды дольше, чем следует, на изгибе ее ягодиц в этих джинсах.

В груди вспыхивает что-то обжигающее и мерзкое. Хочется перегнуться через стол и сломать ему нос. Что за безумие. Это все неправда. Она не моя девушка. Фостер может смотреть на кого угодно. Это не имеет значения.

— Привет! — Эмми забирается в кабинку рядом со мной и садится настолько близко, что ее бедро прижимается к моему. От нее пахнет ванилью и чем-то цитрусовым, и мне приходится сознательно удерживать себя, чтобы не податься к ней навстречу. — Извините, что опоздала. Не могла найти парковку.

— Эмми, это Фостер. — Я жестом указываю на противоположную сторону стола. — Мой напарник. И Джош. Новичок.

— Та самая девушка. — Фостер протягивает руку, ухмыляясь. — Я абсолютно ничего о тебе не слышал, что вполне в духе этого парня.

— Это похоже на правду. — Она пожимает его руку, а затем руку Джоша. — Я Эмми. И мне нужно, чтобы вы рассказали мне все постыдные факты, которые знаете об этом парне.

— Сколькими часами ты располагаешь? — спрашивает Фостер со сдавленным смешком.

— В моем распоряжении вся ночь.

— Не подстрекай его, — говорю я.

— Он готовит еду на неделю вперед по воскресеньям, — делится Фостер. — Одинаковые пять блюд. Каждую неделю.

— Я видела эти контейнеры, — ухмыляется Эмми. — С аккуратными наклейками и всем прочим.

— Практичность – это не изъян характера, — бурчу я.

Фостер фыркает. Затем резко и нарочно толкает меня локтем в бок.

Я поворачиваюсь и сердито смотрю на него.

— Что?

Он кивает подбородком в сторону Эмми, а затем на бар. Его брови совершают сложное движение, которое, по его задумке, должно передавать целое предложение.

До меня доходит не сразу.

А.

Напитки. Парни приносят своим девушкам напитки. Точно.

— Эмми. — Я откашливаюсь. — Хочешь чего-нибудь выпить?

— О, да, конечно. — Она поворачивается ко мне, поджав под себя одну ногу. — Значит так: «Маргариту». Но не со льдом фраппе, а с кубиками. Соль по ободку бокала, но только на половину, потому что целиком – это чересчур. И если у них есть мескаль, пусть сделают с ним вместо текилы. О, и попроси «Куантро», а не «Трипл сек». — Она делает паузу. — Хотя постой. У них есть «Тахин»? Для ободка? Было бы круче. Но если нет, тогда просто соль. На половину бокала.

Я разглядываю ее, пока мозг переваривает информацию, и жду, будет ли продолжение.

— На этом все, — сияя, говорит она.

— Мескаль. Лед. Ободок наполовину. Куантро. Возможно, тахин.

— Именно! — Она расплывается в улыбке, будто я только что решил сложное уравнение.

Я направляюсь к бару, мысленно проговаривая ее заказ, и слышу за спиной голос Фостера: — Он понятия не имеет, во что вляпался.

Ответ Эмми едва слышен, но я все равно его улавливаю: — Знаю. И это даже мило.

Я не понимаю, что делать с этой информацией, поэтому просто откладываю ее в памяти и заказываю напиток.

Все нормально. Все в полном порядке.

Бармен одаривает меня выразительным взглядом, когда я передаю заказ, но не спорит. Пока я жду, оглядываюсь на столик. Эмми подалась вперед и что-то вдохновенно рассказывает, активно жестикулируя, а Фостер и Джош смотрят на нее с одинаковыми ухмылками.

Она вписывается. Вот что меня поражает. Она просто… подходит. Словно знает их не пару минут, а много лет. Я же не вписываюсь никуда. Никогда не вписывался. Но стоит Эмми войти в помещение, как она тут же становится его частью.

Я приношу ей коктейль. Она делает глоток и зажмуривается от удовольствия.

— О-о, как вкусно. Ты отлично справился.

— Я просто повторил твои слова.

— И запомнил все до последнего слова. Это впечатляет.

— У меня хорошая память.

— На сложные заказы выпивки?

— На все.

Она на секунду задерживает на мне взгляд, и в ее глазах что-то мелькает. Но тут Фостер громко откашливается, и момент рушится.

— Итак, — говорит он, откидываясь назад. — Благотворительный вечер на этих выходных. Вы готовы?

Эмми выпрямляется.