Смена темы принята. С благодарностью.

Мы заканчиваем ужинать в неловком молчании, и я уже складываю посуду в раковину, как вдруг вспоминаю.

— Черт. Мой чай.

Я уверена, что кружка так и стоит на стойке, где я бросила ее час назад. Уже остывшая, забытая, оставляющая липкий след на граните.

Но когда я тянусь к ней, кружки там нет.

Я оборачиваюсь и вижу, что Крю моет ее в раковине.

— Тебе не обязательно было это делать, — говорю я.

— Все нормально.

— Я собиралась забрать ее. Просто забыла из-за всей этой распаковки вещей и прочего…

— Все в порядке, — повторяет он, но в его голосе проскальзывает едва уловимое напряжение.

Оу.

Я вспоминаю семнадцатистраничный договор об аренде. Разделители, систематизированные по темам. То, как его холодильник смахивает на идеальную доску из «Пинтереста» с заготовками еды.

Забытая на стойке кружка, должно быть, сводила его с ума.

— Извини, — произношу я. — Я исправлюсь. Я знаю, что могу быть, эм, рассеянной.

Крю вытирает кружку насухо, аккуратно ставит ее в шкафчик и поворачивается ко мне.

— Нам обоим нужно привыкнуть.

Это очень великодушно с его стороны, учитывая, что я почти уверена: он хотел помыть эту кружку, как только я ее поставила.

Где-то в глубине коридора раздается громкое мяуканье, и из-за угла вылетает рыжее пятно.

— Мерфи!

Полосатый кот бежит ко мне так, словно ждал этого момента весь день: Одно ухо у него свисает набок, из-под губы торчит единственный клык. Он тут же принимается виться у моих ног, громко мурлыча.

— Привет, маленький, — сюсюкаю я, присаживаясь на корточки, чтобы почесать его за ушами. — Скучал по мне? А я по тебе скучала. Ты такой красавец. Да, ты самый красивый.

Мерфи мурчит как трактор и трется мордой о мое колено.

— Он так обычно не делает.

Я поднимаю взгляд. Крю стоит на кухне, скрестив руки на груди, и наблюдает за нами с выражением на лице, которое я могу описать только как «предательство».

— Как не делает?

— Вот так. Он ненавидит всех.

— А меня он не ненавидит. — Мерфи плюхается на спину, подставляя брюшко, и у меня вырывается восхищенный вздох. — Боже мой, он показывает мне пузико! Крю, ты видишь? Он подставил животик!

— Этот кот живет у меня два года. Он ни разу так не делал.

Я чешу Мерфи пузо, и тот заводит свою песню еще громче.

— Может, тебе просто стоит заслужить его доверие?

Крю издает звук, похожий на фырканье.

— Я его кормлю. Я дал ему дом. Я вожу его к ветеринару.

— Отношения – это не бартер. — Я в последний раз поглаживаю Мерфи и поднимаюсь на ноги. — Нельзя просто ставить галочки в пунктах и ждать взамен любви.

На лице Крю снова что-то мелькает – появляется и исчезает прежде, чем я успеваю понять, что именно.

— Пойду поработаю, — произносит он. — Если что-то понадобится, дай знать.

И скрывается в своей комнате, тихо щелкнув дверью.

Я опускаю взгляд на Мерфи, который уже с невозмутимым видом умывается на полу, будто ничего не произошло.

— Твой папочка немного вспыльчивый, да?

Мерфи выдает сдержанное «мяу».

— Ага. — Я беру бутылку воды и направляюсь к себе. — Я тоже заметила.

Моя спальня переливается теплым светом гирлянд. Бабушкино лоскутное одеяло приятно мягкое, когда я устраиваюсь на свою первую ночь в новом доме.

Здесь довольно тихо. Странно. Все звуки чужие – гул незнакомого холодильника, скрип половиц, к которому я еще не привыкла.

Но в животе у меня вкусная паста, рядом на кровати устроился и урчит кот, а в соседней комнате спит сосед по квартире, который может оказаться самым непредсказуемым мужчиной из всех, кого я встречала.

Я вспоминаю его лицо, когда он попробовал пасту. Эту едва заметную трещину в его броне. Вспоминаю, как покраснели его уши, когда я фактически прямым текстом назвала его красавчиком.

Вспоминаю, как он вымыл мою кружку, хотя его никто не просил, пусть ожидание и далось ему нелегко.

Крю Дженсен – головоломка. Острые углы и тотальный контроль, под которыми скрывается нечто более мягкое, нечто, что он мало кому позволяет увидеть.

И мне хочется это увидеть.

Что, вероятнее всего, ужасная идея, учитывая, что мы соседи по квартире, а я только что подписала семнадцатистраничный договор, который совершенно точно стоило прочесть внимательнее.

Но это проблема для Эмми из будущего.

А Эмми из настоящего истощена, сыта углеводами и готова впервые за три недели выспаться на нормальной кровати.

Я натягиваю одеяло до самого подбородка и закрываю глаза.

Завтра я начну разбираться со своей новой жизнью.

А сегодня просто порадуюсь, что она у меня есть.

Глава четвертая

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

БЕССОННИЦА

Крю