Остановившись рядом с ним, я позволяю дождю остудить моё тело, моя рубашка уже настолько промокла, что прилипла к груди. — Это называется «право на выкуп земли». Деньги — это власть. Как только твои люди узнают, что у вас нет богатства, они устремятся к своим судьбам в другом месте, а без местного экономического роста правительство продаст мне твою землю, согласишься ты или нет, потому что я буду платить больше налогов, приносить доход от туризма и создавать рабочие места. — Я запрокидываю голову, позволяя дождю остудить лицо. — Ты получишь хорошую цену, правда.

Вскочив на ноги, он замахивается на меня. Я уклоняюсь, подсекаю его и толкаю на землю. Грейди прыгает вниз, чтобы сдержать его, а я приседаю, впиваясь взглядом в эти глаза. — Твой дом исчезнет, — говорю я. — Ресторан Мариетты — исчезнет. Бар, мотель, школа, дома, люди...

Я сжимаю зубы. Всё, блядь, исчезнет.

Хотел ли я этого когда-нибудь? Совсем нет. Я никогда не ненавидел Бэй и никогда не хотел владеть им, но мой отец получит его, если я не сделаю это первым. Я мог бы помочь им сохранить землю, но пошёл Даллас. Пошли они все. Я стану неприкасаемым, и это то, чего я хочу больше всего.

Я беру его за горло, поглаживая большим пальцем его челюсть.

— Это не твоё! — рычит он.

Я просто пожимаю плечами. — Можно утверждать, что наши предки тоже в этих могилах. — Я оглядываюсь. — В любом случае, это займёт годы.

Кладбище находится на государственной земле, они не получали разрешения на склеп, и многое из того, что было найдено, может иметь историческое значение. Это нужно оценить. Я мог бы даже утверждать, что они несут ответственность за предметы, которые уже продали, если смогу подкупить кого-то здесь, чтобы он выдал, что это было. Что, если это дало бы ключ к истории Сент-Кармен? Это вкупе с щедрой выплатой помогло полиции помочь мне сегодня.

— Ты стал небрежным, — говорю я ему. — Излишне самоуверенным. Это всегда было твоей проблемой.

— Чего ты хочешь? — отвечает он.

Чего он думает? Себя? Думает, он может договориться и что всё вертится вокруг него?

— Ничего, — отвечаю я. — Ты можешь дать мне ничего.

Я встаю, глядя на него сверху вниз.

— Кроме того, что я хочу забрать, — добавляю я.

Обратного пути нет.

Взглянув на Грейди, я киваю. — Комендантский час теперь можно отменить.

У меня и так есть всё, что у них было.

27

Даллас

Я не знаю, сколько времени прошло. Минуты? Час?

Но постепенно я осознаю, что полицейских огней больше нет, подъезжают машины с мощными двигателями, и дождь заливает мои губы так быстро, что я глотаю воду.

Он планировал это всё время? Я смотрю на землю и смутно узнаю голоса Арми и Айрона позади себя, но я слишком занят, прокручивая в голове наши моменты.

Его постель. Мой класс. Учительская.

Когда он поцеловал меня у школьных дверей, прежде чем я выбежал, чтобы рискнуть ради презерватива.

Миллион других вопросов роится на периферии моего мозга — как он узнал, что мы прятали здесь? Его друзья были в курсе? Куда он всё забрал?

Но только одна мысль вонзается глубоко в грудь. Он планировал это всё грёбаное время?

Он притворялся? Поцелуи в тренажёрном зале. Его слова, когда он лежал на полу лодки. Его глаза сегодня ночью в Логове.

— Что ты наделал? — слышу я крик Арми.

Я бы смог понять, если бы он играл со мной, правда?

— Что ты сказал? — рычит Арми мне в лицо.

Я отворачиваюсь, моя одежда промокла насквозь, я бреду мимо Айрона, Арасели, возможно, Крисджен...

— Даллас! — кричит Арми.

Я поворачиваюсь, идя спиной вперёд. — Заправьте лодку! — рычу я. — Я беру Рипа, Тайсона и Трейса! Мы привяжем этого ублюдка и выведем его в море! Он скажет мне, куда, чёрт возьми, делось наше добро, с якорем на его грёбаной лодыжке!

Снова развернувшись, я бегу к машинам, но Арми бросается на меня. У меня есть время только повернуться и поймать его, прежде чем мы оба падаем на мокрую землю.

— Я посажу тебя в грёбаную камеру! — рявкает он мне в лицо. — Не делай ни шагу из Бэй, пока я не скажу! Ты слышишь меня?

— Отвали, — цежу я, отворачивая лицо.

Он слезает с меня, оставляя в грязи, и я просто лежу, проводя рукой по волосам.

Это не моя вина. Я не знаю, как он узнал, что было в гробнице. Это было там годами.

Перед тем как Лив уехала в колледж, мы обнаружили сокровища в одной из могил, после того как Мейкон понял, что Себастьян Луисен не похоронен на своём участке. Один из наших предков, чей корабль затонул в море по пути на Гаити почти триста лет назад. Мы предположили, что, возможно, его жена или сыновья поставили эту могилу как памятник, но это привело нас к открытию, что несколько могил были фальшивыми. Люди либо умерли на корабле Себастьяна, либо никогда не существовали. А те немногие, кто мог знать о спрятанном в них добре, умерли, не успев сообщить об этом своим семьям.

Пару лет назад мы переместили богатство, найденное на этом кладбище, под предлогом захоронения наших родителей в новой семейной гробнице.