Я просто не смог удержаться от вопроса, который казался мне более чем очевидным. Правда, в этот момент я чувствовал себя прилежным учеником, который напоминает учителю, что тот забыл задать домашку. Но ситуация была слишком сюрреалистичной. Я не мог поверить, что они будут просто так пропускать нас в кабинет главного босса со штурмовыми винтовками наперевес.

«Это не станет проблемой». Охранник улыбнулся мне, слегка обнажив зубы, словно зная, какие именно мысли проносятся у меня в голове. Что же, черт возьми, ждало нас за этой дверью?

Сердце сделало бешеный кульбит, когда я скользнул мимо него внутрь кабинета. Стены здесь тоже были щедро обшиты панелями из темного дерева. Вдоль трех стен тянулись забитые до отказа полки со старинными книгами, из-за чего комната больше походила на библиотеку.

За массивным столом в тон интерьеру сидел мужчина. При нашем приближении он поднял голову, и в его холодных голубых глазах мелькнуло что-то опасное. Он был немного старше меня — мужчина, чей пик расцвета сил только-только начинал клониться к закату. В его густых светлых волосах на висках уже пробивалась благородная седина.

Мускулистые руки обтягивали закатаные рукава белой классической рубашки. Снятый пиджак висел на спинке кресла, открывая обзору наплечную кобуру. Его очки в роговой оправе тускло блеснули под лампами, пока он пристально изучал нас.

«Мэтью Карвер», - тепло поприветствовал он меня и широким жестом пригласил присесть в глубокие кожаные кресла, стоящие напротив. «Выглядишь ты, конечно, не лучшим образом. Меньше всего я ожидал увидеть тебя так скоро. Впрочем, являться без приглашения — это ведь твой главный талант, не так ли?»

Ой-ой.

Глава 22

«Ой, да бросьте», — сказал я, усаживаясь в одно из кресел, пока Алекс устраивался рядом. «Вы меня прямо в краску вгоните».

«Думаю, с тобой все будет в порядке». Мужчина тонко улыбнулся, и его голубые глаза полоснули по мне, точно ножи. «Если бы от стыда действительно можно было умереть, ты бы уже давно покоился в могиле».

«Я вам лично что-то сделал?» — выпалил я, не в силах сдерживаться. «Обычно я не умею производить хорошее первое впечатление, но у вас ко мне какая-то уж слишком прицельная неприязнь. Как правило, людям требуется пара-тройка встреч, чтобы возненавидеть меня до такой степени».

«Поверь мне, дальше лучше не станет», — подал голос Алекс.

Я наградил своего друга взглядом, который заглавными буквами кричал: «НЕ ПОМОГАЕШЬ». Тот лишь пожал плечами. Он и сам это прекрасно знал.

«Нет, Мэтью, мы никогда прежде не встречались». Мужчина откинулся на спинку кресла и принялся лениво постучать кнопкой ручки по поверхности стола, не сводя с меня изучающего взгляда. «Но я более чем подробно знаком с твоими… подвигами».

«Ладно, хорошо, я не знаю, что именно вы слышали…» — начал я, чувствуя, как окончательно теряю равновесие. Эта ситуация почему-то выбивала меня из колеи куда сильнее, чем когда Рагуил с ходу назвала мое имя. Кажется, мне категорически не нравится быть узнаваемым. Я хоть и вырос в Лос-Анджелесе, но к славе никогда не стремился. Я слишком близко и слишком часто видел цену, которую за нее платят.

«Как я уже сказал, я более чем знаком», — плавно перебил он меня. «Мне не интересно, почему ты совершаешь эти подвиги. У меня к тебе только один вопрос: что ты здесь делаешь?» Его голос стал жестче, и он пригвоздил меня к месту своим острым, пронзительным взглядом.

Я явно что-то упускал.

Скорее всего, даже очень многое. Я никогда не славился ни своей эффективностью, ни точностью — исключительно своим непрошибаемым упрямством. Мужчина щелкнул ручкой еще с полдюжины раз, ожидая моего ответа. Это был своего рода жест-индикатор. Человек, который заправлял этой Землей Тьмы, явно нервничал из-за нашего присутствия. Но почему? Во мне было полно черт, которые могли не нравиться. Технически я состоял в распущенной Охоте. Был Жнецом. Но что, пожалуй, важнее всего — я являлся врагом Ада, а по его рынку как раз разгуливал как минимум один демон. Я прищурился, пристально изучая его и пытаясь угадать, к какой именно из моих многочисленных проблемных зон он имеет отношение.

Меня по-прежнему не покидало ощущение, что от меня ускользает какая-то важная деталь. Мне позарез требовалось больше информации, а выудить ее я мог только одним способом — разговорить его. К счастью, это, пожалуй, единственное, что у меня всегда получалось на отлично.

«Прошу прощения», — сказал я, прижав ладонь к груди в притворно-скромном извинении. «Мы, кажется, начали не с той ноты. Вы уже знаете, что я Мэтт. А это Алекс — на случай, если вы еще не до конца изучили мое досье».

Холодные голубые глаза мужчины на долю секунды метнулись к моему другу, но он ничего не сказал. Сквозь линзы очков в роговой оправе было трудно прочесть выражение его взгляда.

«Обычно на этом моменте люди называют свои имена, после чего мы все знакомимся и можем нормально общаться», — подсказал я после затянувшейся неуютной паузы.