«Всегда ненавидела эту шлюху», — прошипела Рагуил, вскочив с кресла с такой яростью, что мы с Алексом синхронно отшатнулись назад. «Она оказывала на него ужасное влияние. Довела его до совершенно нового витка безумия». Ангел принялась мерить кабинет шагами, а гнев исходил от нее осязаемыми клубами. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить: она только что прозрачно намекнула на то, что Лилит развратила самого Люцифера. Я, конечно, знал Лилит лично — барышня была той еще занозой в заднице, но вешать на нее это — явный перебор.

«Вот видишь, Эванджелина? Именно поэтому мы здесь необходимы. Именно поэтому здесь необходима я».

Рагуил резко развернулась, пронзая нашу спутницу разгневанным взглядом. «Посмотри, кем мы стали. Апатия разъедает наши ряды. Никому нет дела. Где защита невинных? Где справедливость? Посмотри, что творится в нашем собственном доме».

Мы с Алексом обменялись удивленными взглядами. По его выражению лица я понял, что он так же взволнован реакцией ангела, как и я. Наконец-то кто-то нас услышал. В голове промелькнула картина, как Заган вынужден разорвать договор и освободить мою душу, и это наполнило меня надеждой.

«Именно поэтому я посчитала, что вы должны узнать об этом немедленно, мэм», — отозвалась Эванджелина, продолжая преданно смотреть строго перед собой.

«Ты совершенно правильно сделала, что вызвала меня», — тяжело задышала Рагуил, едва ли не задыхаясь от нахлынувшего возбуждения. «Отличная работа. Наконец-то у нас на руках есть неопровержимая улика. Наше железное доказательство! Остальным следовало прислушаться ко мне с самого начала. Я здесь необходима!» Ее белые глаза, казалось, вспыхнули еще ярче, подсвеченные изнутри праведным огнем.

«Михаил будет просто в ярости, когда узнает», — добавила она с едва заметной улыбкой. Будь на ее месте кто угодно, кроме ангела, я бы непременно окрестил эту ухмылку зловещей.

А затем мир снова моргнул, и Рагуил испарилась. Ее давящая аура мгновенно улетучилась, и я наконец-то смог вдохнуть полной грудью.

«Э-э, а как же я?» — спросил я, обращаясь к пустой теперь комнате. Я внезапно почувствовал себя опустошенным. Рагуил поверила моей истории, но она не казалась особо заинтересованной в том, чтобы помочь мне. Алле, пострадавший здесь я, а не она!

Эванджелина повернулась и принялась изучать меня с абсолютно нечитаемым выражением лица. «Не бойся, смертный. Я займусь твоим делом».

«Мэтт», — ответил я, протягивая ей руку. Она странно посмотрела на нее мгновение, прежде чем медленно взять ее в свою. «Меня зовут Мэтт», — пояснил я. «Это Алекс. Дай знать, если для твоих отчетов понадобятся мои полные паспортные данные или, там, номер соцстрахования. Не хотелось бы, чтобы из-за бумажной волокиты мне вернули какую-нибудь чужую душу». Ангел посмотрела на меня так, словно я нес полную околесицу. В принципе, так оно и было. Я просто безостановочно молол языком, цепляясь за любую глупость, лишь бы удержать на плаву остатки своей угасающей надежды.

Эванджелина собиралась во всем разобраться. Мое дело официально легло на стол к хорошим парням. Все, что от меня теперь требовалось, — это запастись терпением, и ситуация разрулится сама собой. Мне не придется выполнять Невыполнимую Задачу. Все будет зашибись.

«Это была…?» Алекс не договорил, заметив, как ангел утвердительно кивнула.

«Кто?» — не выдержал я, оборачиваясь к другу.

«Рагуил, архангел Правосудия», — благоговейным шепотом ответил он.

«О», — кротко отозвался я, чувствуя, как пол под ногами начинает слегка пошатываться. Даже будучи весьма паршивым католиком, я прекрасно понимал, что это значит. Данная леди сидела на самой верхушке ангельской пирамиды. Неудивительно, что она так панибратски поминала Люцифера и Михаила. Они же приходятся ей… братьями, если к ним вообще применимо это слово.

Жуть какая.

«Каков наш следующий шаг?» Я посмотрел на Эванджелину, но та меня не слушала. Ее белые зенки уставились в стену, разглядывая что-то, видимое ей одной.

«Наш?» — резко переспросила она, мгновенно выныривая из своего астрала.

«Ну да, мы поедем и хорошенько тряхнем Загана? Ты можешь это сделать? Тебе нужен ордер?» При упоминании финансового директора Ада ее глаза опасно сузились. Я забыл, что еще не упомянул о его причастности.

«Мы ничего не будем делать», — отчитала она меня. «Мне все еще нужно выследить производителей Неосмерти».

«А как же мое дело?»

«Оно у меня в списке. Я им займусь», — пообещала она.

«Э-э, ну, понимаешь, там как бы есть временной лимит».

Она качнула головой, перебивая меня:

«У нас впереди целая вечность, чтобы восстановить справедливость».

Я очень постарался не задрожать при мысли о любой доле вечности, проведенной в когтях старины Люси, в моем личном персональном кругу Ада. Что бы она мне ни обещала, я прекрасно знал: попади я туда хоть раз — и пиши пропало, живым не выберусь. Эль Дьябло скорее сотрет меня в порошок, чем выдаст моим спасителям. Такой финал меня категорически не устраивал.

«То есть тебе сначала нужно закрыть дело о поддельной смерти, прежде чем ты сможешь заняться моим?» — настаивал я, наклонившись вперед. «Тогда тебе имеет смысл работать с нами. Одна голова хорошо, а три — лучше».