Глава 8. Будем жить!

В кабинете начальника облуправления НКВД сидели сам Семён Трофимович Митряшов, но не на хозяйском месте, как обычно, а по правую руку. Напротив него сидел Андрей Ильич Березин, рядом с Дедом — начальник милиции Александр Васильевич Матросов. Через стол от Матросова - первый секретарь Тамбовского обкома ВКП(б), возглавлявший и городской комитет обороны, Николай Алексеевич Логинов. По правую руку от партийного руководителя — начальник гарнизона города, Юрий Владимирович Вальц.

Во главе стола, под портретами товарищей Ленина, Сталина и Берии, сидел невысокий, субтильного вида, сорокалетний генерал-лейтенант, Павел Иванович Бодин. Начальник штаба Главного командования войск Юго-Западного направления, прибывший из Воронежа полчаса назад и тут же доставленный сюда, на улицу Энгельса. Пожалуй, случись здесь диверсия — Рабоче-Крестьянкая Красная Армия понесла бы серьёзную утрату, а Тамбов и вовсе был бы обезглавлен. Но за безопасность Бодина отвечало сразу много народу, и военного, и из госбезопасности, а эти здания на этой улице вообще можно было считать самыми защищёнными. И, пожалуй, не только в городе, а даже в области. И даже не только в Тамбовской области.

— Товарищи, у нас мало времени и много работы, — негромко, устало проговорил начштаба, обведя взглядом каждого за столом.

Партийный начальник молчал, выглядывая из-за главного чекиста, держа в руке платок, которым уже триджды утирал высокую, до самого темени, залысину. Комендант города, лысый полностью, с усиками «щёточкой», которые ещё не стали называть «как у Гитлера», мужественно потел молча, без лишних движений. Чекисты и милиционер сидели, застыв гранитными изваяниями.

— Поэтому говорить о том, что известно каждому, мы не станем. Руководству области я доведу новые вводные из Ставки, их подтверждение вы, товарищи, получите чуть позже, письменно. Но время, я повторюсь, не терпит.

Он, кажется, чуть слышно вздохнул. Или это спинка кресла чуть скрипнула?

— Я подтверждаю корректность приказа товарища Костенко и настаиваю на его немедленном исполнении. Новости о тяжёлом ранении Фёдора Яковлевича дошли до штаба, кажется, медленнее, чем он сам был доставлен сюда. Судя по тому, что мне известно, он в здравом уме и твёрдой памяти?

Бодин чуть дёрнул бровью, глядя на Березина. Тот перевёл взгляд на Митряшова и ответил только после кивка начальника:

— Точно так, товарищ генерал-лейтенант, Фёдор Яковлевич пока находится на излечении, но врачи в один голос обещают благоприятный исход. Его избавят от повязок со дня на день, на фронт он сможет вернуться уже через три недели или ранее, нужно смотреть рентгеновские снимки.

— Давайте коротко, без официоза, товарищи, — поморщился и потёр усталые глаза начштаба. — Тем более ты, Андрей Ильич. Ты ж мне, как-никак, жизнь спас там, под Бухарой, так что, почитай, крёстный мне!

Мужчины, ответственные, обличённые властью и полномочиями, сдержанно улыбнулись, оценив шутку. Все понимали, что религия, как учит товарищ Маркс, это опиум и пережиток старины. Понимали и то, что взрослые люди могли себе позволить между собой иногда говорить просто по привычке. И что доносить на начальника штаба фронта, который использовал старорежимные словечки, тут некому. И потом, что одно дело делали, и потому, что дураков за этим столом не было. Как и того, у кого в Кремле были бы друзья и покровители такого уровня, чтоб принимать те доносы в военное время и давать им ход.

— Решение было верным, эвакуация в Москву сейчас невозможна по… — Бодин снова поморщился. — По понятным причинам. Отправка в Куйбышев или Сталинград тоже нерациональна. Орудия будут выделены из резерва фронта, как и авиация. Вышло так, товарищи, что здесь, в Тамбове, нам есть, что беречь. Всем нам.

После отдельного, конкретного, с нажимом, напоминания все серьёзно кивнули, а по лицу Березина тенью скользнула улыбка. Наверное, от того, что теперь чёртов Николин со всей той каруселью, что постоянно крутилась вокруг молодого хирурга, становились не только его персональной головной болью.

—Товарищ Логинов, для нужд «четырёхсотого» сортировочно-эвакуационного госпиталя необходимо предоставить всё. Я повторю, всё, что потребуется персоналу для оперативного развёртывания школы. Что по ней? — Начштаба смотрел на первого секретаря, который складывал платок, собираясь, видимо, ответить в духе партсобрания, развёрнуто и эмоционально. — Товарищ Березин?

Бодин дёрнул щекой и перевёл взгляд на Андрея Ильича, от чего первый секретарь аж воздухом подавился. Но его военное прошлое и партийное чутьё не подвели — ни слова не сказав.

— Учебный корпус готов, завершаются отделочные работы, к приёму курсантов будет пригоден послезавтра. К этому же времени завершатся работы по возведению жилых корпусов. Хочу особо отметить всемерную поддержку со стороны партийного руководства города и области, — чуть кивнул Дед первому секретарю.