— Это я, — ответил мужчина, не поднимая головы. Он был крепкого телосложения, с широкими плечами, бочкообразной грудной клеткой и толстыми пальцами, которые, несмотря на размер, ловко управлялись с пишущей машинкой. В его волосах и усах уже пробивалась седина, но глаза смотрели молодо. — Что вам нужно?

Алекс представился и вкратце рассказал Хокинсу о своей встрече с патрульным в мастерской Леонарда Бёрнхэма.

— Он сказал, что у вас могут быть друзья, которые еще служат на флоте, — закончил Алекс.

Пока Алекс говорил, Хокинс продолжал печатать. Когда он закончил, Хокинс поднял голову и оглядел Алекса с головы до ног.

— Так это ты тот частный детектив, который помог лейтенанту Детвайлеру поймать Призрачного убийцу?

Алекс кивнул.

— Возможно, я имел какое-то отношение к этому делу, — уклончиво ответил Алекс. Билли Таскер, репортер из таблоида "Полуночное солнце", раздул шумиху вокруг участия Алекса в этом деле. Это было выгодно для бизнеса Алекса, но омрачило победу Детвайлера. Насколько Алекс слышал, Детвайлер был недоволен.

Хокинс отвернулся от пишущей машинки и наклонился вперед, уперев локти в стол.

— Ты еще дружишь с этим японским парнем, Паком?

— Паком. Дэнни Паком.

— Ходят слухи, что ты помог ему с парой дел, — проницательно заметил Хокинс. — А теперь он вдруг стал любимчиком Каллахана.

— К чему вы клоните, детектив?

Хокинс улыбнулся и невинно пожал плечами.

— Я много лет служу в полиции, — сказал он. — У меня хорошая репутация. Я раскрыл много дел.

— И вы хотите уйти на пенсию с лейтенантской пенсией? — догадался Алекс.

Улыбка Хокинса стала хищной.

— Я слышал, что ты умен, — сказал он. — А еще я слышал, что у тебя нюх на дела, которые могут сделать карьеру полицейскому.

— Чем я могу вам помочь, детектив Хокинс?

— Вот это дело, — сказал он, подняв руку с растопыренными пальцами. — Химик, лауреат Нобелевской премии, — он загнул один палец. — Разработал новые противогазы для армии. — Загнул еще один палец. — Ушел на пенсию после тридцати лет работы. Теперь он что-то мастерит в своем сарае, и кто-то чуть не убил его, чтобы это украсть. И он получает загадочные выплаты от военно-морского флота?

Алекс кивнул.

— Примерно так, — подтвердил он.

— Я с радостью обращусь за помощью к своим друзьям в полиции, мистер Локерби, — сказал Хокинс. — Я никогда не слышал о SEI, но если это связано с военно-морским флотом, я найду для вас эту организацию. Мне нужно только войти. Если это дело окажется таким масштабным, как кажется, оно может стать тем самым карьерным трамплином, которого я так ждал.

Алекс задумался. Привлечение Хокинса ничего ему не стоило, а участие настоящей полиции могло бы сдвинуть дело с мёртвой точки. С другой стороны, если за ним будет постоянно следить официальная надзирательница, это может создать больше проблем, чем решить. К тому же сам детектив Хокинс выглядел презентабельно и умел печатать, но Алекс ничего не знал о его работе.

— Хорошо, — сказал он, приняв решение. — Позвони своим друзьям, и если дело сдвинется с мёртвой точки, ты узнаешь об этом первым.

Хокинс оторвался от стола и долго смотрел на Алекса своими карими глазами. Было очевидно, что он тоже оценивает Алекса.

— Как с тобой связаться? — спросил он наконец.

Алекс оставил одну из своих визиток и попросил Хокинса позвонить Лесли, как только он что-нибудь узнает.

— Кстати, — сказал Алекс, собираясь уходить. — Ты когда-нибудь слышал о мелком неудачнике по кличке Джимми Ласка?

Хокинс оторвался от пишущей машинки и нахмурился.

— Монаган, — сказал он, кивнув. — Джеймс Монаган. Он вышибала в "Голубой комнате". Это шикарный клуб недалеко от Бродвея, на окраине.

Алекс поблагодарил его и направился к лифтам.

Было уже далеко за полдень, когда Алекс наконец поднялся по лестнице в свой кабинет. По пути из Центрального офиса он купил сэндвич в автомате, но на самом деле ему нужен был эликсир молодости. Он переживал, что оставил его в алхимической лавке, но вспомнил, что видел его на крошечной кухне в своём хранилище. Должно быть, Джессика принесла его перед отъездом.

Он устал гораздо сильнее, чем хотелось бы признавать, но, по крайней мере, он сможет выпить немного зелья, когда доберётся до своего кабинета и откроет хранилище.

— Ну наконец-то, — рявкнула на него Лесли, когда он открыл дверь. После выходных, проведённых с Рэндаллом, она стала ещё более раздражительной. — Твоя чародейка звонила всё утро, требовала сказать, где ты, и у меня закончились отговорки. Она пригрозила, что объявит тебя в розыск.

— Прости, куколка,вчера вечером я был с Джессикой, и кое-что случилось.

Лесли приподняла бровь, и её суровый взгляд смягчился. Однако её веселье сменилось ужасом, когда он рассказал о том, что произошло.