Теннон кивнул и снова поднес трубку к уху.

— "Каролина" выходит в море, — сказал он. — Передайте капитану Фалуэллу, чтобы он отчаливал, как только выйдет из гавани. — Он повесил трубку и встал, повернувшись к Сорше. — Как видите, мисс Кинкейд, мы все очень заняты, так что, пожалуйста, объясните, зачем вы здесь.

Сорша выжидающе посмотрела на Алекса.

— Нам нужна записная книжка доктора Бёрнхэма, — сказал Алекс так, словно это была вполне разумная просьба, как если бы он попросил у библиотекаря копию альманаха.

— О чем вы говорите? — рявкнул Теннон. — Вы же прекрасно знаете, что у нас ее нет.

— Не хочу с вами спорить, адмирал, — сказал Алекс, — но она в вашем сейфе.

— Что за чушь, — прорычал Теннон, глядя на Соршу. — У меня важная работа, а вы тратите мое время.

— Уделите мне минутку, — сказала она с очаровательной улыбкой.

Теннон на мгновение сжал кулаки, но потом успокоился, хотя и закатил глаза, когда открыл ящик стола и достал черную записную книжку в переплете из плотной бумаги. Он подошел к шкафу, за которым скрывался сейф, открыл его и сверился с записями. Когда он начал набирать код, Сорша наклонилась к Алексу, и его окутал аромат ее духов с розовым маслом.

— Если блокнот в этом сейфе, — прошептала она, — то почему его не смогла найти твоя поисковая руна?

— Это огнеупорный сейф "Чабб", — прошептал в ответ Алекс.

Теннон повернул рычаг и открыл тяжёлую дверцу.

— Я вижу, — сказала Сорша. — Поэтому дверца такая толстая, она утеплена.

— И защищена магически, — добавил Алекс.

— Ну и что? — спросил Теннон, указывая на открытый сейф. — Не знаю, что вы ищете, но здесь этого нет. Не хотите объясниться?

У Алекса кровь застыла в жилах. Он хорошо помнил содержимое сейфа, но теперь чего-то не хватало. Кожаного фолианта, который лежал в дальнем углу нижнего отделения, не было на месте. Алекс оглянулся на кабинет, наконец осознав, что он не заметил, когда они входили.

— Где лейтенант Ливитт? — спросил он.

— В лазарете, — ответил Вон. — Он плохо себя чувствовал.

— Постойте, — сказала Сорша, хватая Алекса за руку. — Вы думаете, что Ливитт украл машину Бёрнхэма?

— Это абсурд, — рявкнул Теннон, его лицо исказилось от гнева. — Ливитт, прекрасный и преданный своему делу офицер. Он даже не знал о проекте "Тенистое дерево".

— И он не мог знать никаких китайцев, — добавил Вон.

Алекс бросил на адмирала Теннона холодный взгляд.

— Конечно, он знал о "Тенистом дереве", — сказал Алекс. — У него есть доступ к вашему сейфу, и он делает заметки на ваших совещаниях. — Он достал из кармана сложенную фотографию, которую взял из дома Конни Торрес, и передал ее Сорше. — Что касается китайцев, то лейтенант действительно знаком с некоторыми из них благодаря своему отцу.

— Кто, черт возьми, отец Ливитта? — спросил Теннон.

— Уильям Хендерсон, — ответил Алекс.

— Посол США в Китае? — спросил Вон.

— Не может быть, Алекс, — сказала Сорша. — У Хендерсона был только один ребенок, Дэвид Хендерсон, и он умер три года назад.

— Нет, — возразил Алекс. — Не умер. Помните, Дэвид позорил своего отца, и старый добрый папаша оставил его без гроша.

— Поделом ему, насколько я помню, — сказал Теннон. — Этот парень был грубияном.

— Верно, но он был единственным сыном Хендерсона, — продолжил Алекс. — Он не хотел, чтобы его сын жил на улице, и хотел преподать ему урок.

— А что может быть лучше, чтобы привести своенравного ребенка в чувство, чем служба на флоте, — предположила Сорша.

— Именно, — сказал Алекс. — Папаша выдумывает историю о смерти Дэвида, а потом покупает ему офицерское звание. Вероятно, он использует свое влияние, чтобы устроить Дэвиду тепленькое местечко в качестве адъютанта.

— Я отказываюсь в это верить, — сказал Теннон. — Лейтенанта Ливитта зовут не Дэвид, а Рэндалл.

Сорша достала из воздуха блокнот и начала листать страницы.

— Второе имя Дэвида Хендерсона Рэндалл, — сказала она.

— А теперь взгляни на эту фотографию, — сказал Алекс.

Сорша достала из-за блокнота сложенную фотографию и развернула ее. Через мгновение она вопросительно посмотрела на Алекса.

— Кто эти люди? — спросила она.

— Это Константин Торрес, — сказал Алекс, указывая на мужчину. — Он алхимик, сколотивший состояние на косметике. А это, — он указал на блондинку, — знаменитая бродвейская звезда начала XX века. Я узнал ее по фотографии, которую видел в кабинете Эндрю Бартона. Он сказал, что она была нарасхват, у нее было много поклонников, но она вышла замуж за богача и бросила актерскую карьеру.

— Я ее знаю, — наконец сказала Сорша. — Это жена Уильяма Хендерсона. Она ненадолго зашла к нам, когда мы с ним говорили. — Сорша снова уткнулась в блокнот. — Да. Ее зовут Дженнифер.

— А теперь переверни фотографию, — сказал Алекс, даже не пытаясь скрыть ухмылку.