Остаться и вызвать копов я не могла. Я это понимала. Только не в моем состоянии, когда я разваливаюсь на части и от меня так пахнет. Я знала, что бегство с места преступления выставит меня виновной до крайности, если кто-нибудь вообще узнает, что я здесь была, но не видела другого выхода. К тому же, никто ведь толком не поверит, что я способна на такое, верно? Черт возьми, да он весил как минимум фунтов на пятьдесят больше меня. В худшем случае у меня будут проблемы из-за того, что я не сообщила об этом, и я смогу заявить, что испугалась, будто убийца все еще где-то рядом.

О господи… Эта мысль чуть не ввергла меня в слепую панику. Я ухватилась за стену, сделав несколько тяжелых вздохов, чтобы не сойти с ума от страха. Нет, стоп. Мне нужно попытаться думать как человеку, у которого есть хоть капля здравого смысла.

Но, боже, как же я хотела есть.

Сделав дрожащий вдох, я выпрямилась. Он ведь сказал мне встретиться с ним здесь. Наверняка это значило, что у него припасены для меня мозги.

Я развернулась и вернулась в бальзамовочную. Я видела перчатки в коробке на стене. Быстро выудила пару и натянула на руки, а поверх них — еще одну пару. Я видела в каком-то крутом детективном сериале, как копы находили отпечатки, даже если преступник был в латексных перчатках. Без понятия, правда ли это, но рисковать причин не было.

Двигаясь как можно быстрее, я обыскивала всё, в чем могли храниться мозги — холодильную камеру, обычный холодильник, вообще всё. В глубине сознания тикали часы, напоминая, что я и так торчу здесь слишком долго и пора уходить. Кэнг был уверен, что никто не знает о том, что он зомби, но он ошибался. Черт, да все, кто покупал у него мозги, должны были знать, верно? А единственный, кто знал обо мне — это Кэнг… и тот, кто меня обратил, нехотя напомнила я себе. Но тот, кто это делал, должен был как-то узнать, что Зик, Разносчик Пиццы и чувак с Суит-Байю-Роуд — зомби. И, возможно, причина, по которой мой создатель так и не связался со мной, заключалась в том, что его уже укокошил этот убийца.

Паника нарастала, пока я обыскивала все мыслимые места и по-прежнему не находила никаких мозгов. «Я здесь слишком долго», — сказала я себе, чуть не плача от осознания того, что придется уйти с пустыми руками.

Может, он и не собирался мне ничего давать. Я заставила себя обдумать эту мысль. Но ведь вся эта тема с мозгами была его бизнесом, а значит, у него должно было быть что-то припрятано, верно? Может, у него дома, где бы этот дом ни находился.

Я заставила себя вернуться в коридор, каким-то образом умудрившись не наступить в лужу крови, пока вытаскивала бумажник Кэнга из его заднего кармана брюк. Я запомнила адрес на его водительских правах и вернула бумажник на место. Оставалось только надеяться, что адрес актуальный.

Схватив полотенце, я наспех протерла все поверхности, до которых могла дотронуться до того, как надела перчатки. Осторожно выглянув в заднюю дверь, чтобы убедиться, что никого нет рядом, я о-очень непринужденным шагом пошла к машине, пока пульс колотился в дикой панике все это расстояние. Вокруг не было ни души и я была настолько голодна, что если бы живой человек находился в пределах пятидесяти ярдов, я бы его учуяла. Отлично, еще одна суперспособность зомби: я превращаюсь в чертов детектор живых существ, когда достаточно сильно голодна.

Я бросила полотенце на заднее сиденье, стянула перчатки и рванула оттуда прочь. Минут пятнадцать я кружила по случайным дорогам, стискивая зубы от осознания того, что вокруг меня полно мозгов. Наконец я свернула за продуктовый магазин и швырнула перчатки с полотенцем в мусорный бак.

Я ехала дальше, намертво вцепившись руками в руль, пока голод внутри бился в конвульсиях и рычал. Взгляд в зеркало заднего вида обдал меня леденящим холодом. Кожа на лбу шелушилась и слезала, а цвет лица приобрел зеленовато-серый оттенок. Левый глаз начинал мутнеть, что объясняло, почему мне стало трудно им видеть. Слава богу, уже смеркалось. Каким-то образом я полностью лишилась плоти на мизинце и безымянном пальце правой руки. Наверное, когда стягивала перчатки.

Мозги. Эта мысль поглотила меня целиком. Я ехала, вжавшись в сиденье, чтобы никто меня не заметил, ведя машину скорее на инстинктах, чем на чем-то еще. К счастью, район Кэнга я знала хорошо. Сомневаюсь, что у меня сейчас хватило бы умственной концентрации, чтобы разобраться в карте.

Притормозив на углу, я проводила взглядом пожилую женщину, которая везла по тротуару сумку-тележку с продуктами. С ней было бы легко справиться. Она вряд ли сможет бежать или что-то в этом духе. Я могла бы сломать ей шею прежде, чем она поднимет шум, и утащить в тот двор. Рядом сейчас никого не было. Я могла бы разбить ей череп кирпичом или одним из тех камней, что окаймляют клумбу. Боже, это было бы невероятно на вкус.

Гудок сзади резко вернул меня в реальность. Мой взгляд метнулся к зеркалу заднего вида: там стоял «Лексус», а за рулем сидел свирепый мужчина. К своему ужасу, я поняла, что уже приоткрыла дверь машины. О господи… Я ведь чуть не сделала это. Я собиралась напасть на ту женщину.