«Ну, вообще-то в этом есть логика, — подумала я. — Если выкладываться по полной над каждым трупом, это быстро превратится в геморрой и пустую трату времени».

Я хмыкнула. Надо же, посмотрите на меня — стою тут и проявляю такое понимание к работе копов. Кто бы мог подумать, что до такого вообще дойдет?

Я прислонилась к стене, наблюдая, как Деррел разговаривает тихим и утешающим тоном с женой покойного. При всей его внушительной комплекции и грозном виде, у Деррела была способность общаться с родственниками и близкими, которая была самым настоящим даром. Я слышала, как он мягко расспрашивает её об истории болезней её мужа и о том, какие лекарства тот принимал. Из того, что мне удалось расслышать, следовало, что у мужика были проблемы с сердцем и он умер во сне.

Я протиснулась чуть дальше и заглянула в коридор. Дверь спальни была открыта, и я видела лежащего на спине на кровати мертвеца. Липкие датчики от оборудования парамедиков всё еще оставались прикреплены к его телу в нескольких местах. На вид он был не таким уж старым, лет пятидесяти с небольшим, а это значило, что его повезут на вскрытие — именно поэтому я здесь и находилась. Какого-нибудь восьмидесятилетнего дедка с больным сердцем вряд ли стали бы вскрывать, если бы только в нем не обнаружилось парочки пулевых отверстий или торчащего из груди ножа.

Я отступила на шаг, когда один из парамедиков вернулся.

— Забыл свой стетоскоп, — с улыбкой пояснил он, проходя обратно в спальню.

Он вышел уже со стетоскопом в руке, но замер прямо передо мной, слегка нахмурив брови. Его лицо казалось смутно знакомым, но надпись «Куинн» на его бейджике ни о чем мне не говорила. Он был высоким и худощавым, с рыжевато-каштановыми волосами и легкой россыпью веснушек на носу и щеках. Очень даже недурен собой. Наверное, мы пересекались на каком-то другом вызове за последние две недели.

Он продолжал хмуро смотреть на меня.

— Что-то не так? — спросила я, странно занервничав из-за мысли, что я где-то накосячила.

Его лицо внезапно прояснилось, и он широко улыбнулся:

— Я так и знал, что видел тебя раньше! Сейчас ты выглядишь гораздо лучше.

Мое лицо, должно быть, выражало всё то недоумение, что творилось у меня в голове, потому что он усмехнулся и покачал головой.

— Извини, — сказал он. — Я Эд Куинн. Я… ну, — он понизил голос. — Я откачивал тебя пару недель назад, когда тебя нашли на Свит-Байю-Роуд.

Я почувствовала, как мое лицо заливает краска стыда. Нашли умирающей от передозировки.

— Оу. Замечательно. — А затем я выдавила улыбку: — В смысле, спасибо, ну… ты понимаешь.

Его улыбка тут же сменилась выражением неловкости.

— Прости, — произнес он. — Наверное, мне не следовало об этом напоминать.

Я пожала плечами, стараясь казаться непринужденной:

— Всё нормально. Это уже в прошлом.

— Рад слышать. — Его взгляд скользнул по мне, ненадолго задержавшись на логотипе офиса коронера у меня на рубашке. Я прямо видела, как в его глазах формируется немой вопрос: «Как тебе удалось отхватить эту работу?» Я судорожно пыталась придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение, но, к моему облегчению, он, похоже, почувствовал мою неловкость и не стал ничего спрашивать. — Ладно, мне пора бежать, — сказал он, покосившись на дверь. — Береги себя.

Я кивнула ему и выдавила вымученную улыбку, пока он шел к выходу. Как только он скрылся из виду, я шумно выдохнула и прислонилась спиной к стене. М-да, неловко вышло. Сначала коп, который меня арестовал, теперь парамедик, который спас меня от случайного самоубийства. Мне даже думать не хотелось, каким может оказаться третий «сюрприз».

Я тихонько застонала про себя, когда до моего носа снова долетел шлейф слишком знакомого амбре. Ах да, как насчет того, чтобы вонять как недельный труп?

К нам подошел Деррел с бумажным пакетом в одной руке и ключами в другой. Я заметила, как его нос дернулся, но, к счастью, он, похоже, не связал эту вонь со мной.

— Ладно, мы забираем его, — сказал он. — Не могла бы ты закинуть вот это в сейф в задней части «Дуранго», пока будешь идти за каталкой и мешком для трупов?

— Без проблем, — ответила я, забирая у него пакет и ключи. — А что там?

— Все его лекарства. Офис коронера изымает их и утилизирует.

Я моргнула. По ощущениям в пакете было не меньше десятка бутылочек.

— И их просто все выбрасывают?

Деррел кивнул:

— Сначала мне нужно пересчитать все таблетки и внести их в журнал, но вообще да, их сжигают. Не отдавать же их кому-то другому.

— Поняла. — Я одарила его, как мне хотелось верить, беззаботной улыбкой. — Ладно, я мигом.