— Действительно смешно, — ответил за меня Захребетник и усмехнулся моими губами. — Вы проиграли эту партию, а теперь оправдываете собственную ошибку чужой жадностью. Просто признайте, что вы не умеете работать с людьми и плохой агент.

Редъярд обернулся и посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом. Что-то в этом взгляде мне не понравилось. Так смотрит игрок, который уже подсчитал проигрыш и теперь решает, не перевернуть ли стол.

— А ведь вы правы, — тихо сказал он. — Партия проиграна. Но проигрывать тоже надо достойно, сэр. — Он оскалился. — Так, чтобы не дать врагу насладиться победой.

Рука его нырнула за отворот охотничьей куртки быстрее, чем я успел моргнуть.

«Лебедев!» — только и успел подумать я.

Дальше действовал уже Захребетник. Он перехватил управление, и щит развернулся перед стариком в тот самый миг, когда грохнул первый выстрел. Пуля ударила в защитное плетение, и оно пошло рябью, будто вода под брошенным камнем. Не пробила, но выжрала силы столько, сколько уходит на десяток обычных пуль.

— Зачарованные! — рявкнул Захребетник вслух, отшвыривая меня в сторону от второго выстрела. — Ай да охотник!

Бах! Бах!

Редъярд стрелял с двух рук, вытащив второй револьвер. Одну пулю в меня, одну в Лебедева, одну в скулящего у дивана Ходжаева. Живые свидетели в его планы явно не входили. Захребетник крутился волчком, растягивая щиты на всех троих, и я слышал, как он сквозь зубы поминает бабушку английского короля

Барабаны опустели. Англичанин отбросил оружие и ударил магией. С его ладоней сорвалась серая волна, от которой у меня заломило зубы.

Захребетник принял её на скрещённые руки, крякнул и ответил огненным жгутом. Редъярд ушёл в сторону с лёгкостью, которой позавидовали бы Распашные, и стол между нами разлетелся щепками.

— Механика и оружие, значит! — Захребетник хохотнул, плетя новые Глаголы. — А как врали, что не знаете магии!

В дверях мелькнула молчаливая тень. Принцесса выбрала момент и прыгнула.

Но Редъярд оказался готов и к этому. Он выбросил левую руку, и навстречу собаке плеснуло дрожащее марево.

Принцесса влетела в него и почти застыла. Прыжок, который должен был занять долю секунды, растянулся в вечность. Собака висела в воздухе, медленно, страшно медленно перебирая лапами, будто муха в янтаре, и только глаза её бешено сверкали.

«Временной кокон, — процедил Захребетник. — Это не островная школа. Такому в Лондоне не учат».

Комнату заполнило сияние магии. Редъярд кидался пылающими синевой серпами, от которых стены покрывались инеем. Ходжаев под диваном выл в голос, и щит над ним приходилось держать отдельно. Лебедев из своего угла дважды выпалил из револьвера, промахнулся и закрыл голову руками, ослеплённый магией.

Очередной серп Захребетник не отбил, а поймал. Просто взял из воздуха голой рукой, как ловят брошенное яблоко, смял в кулаке и стряхнул на пол горсть гаснущих искр.

Редъярд замер.

— Кто ты? — хрипло спросил он.

Бакенбарды англичанина были опалены, левый рукав дымился.

— Так не бывает. Ты не человек!

— Угадал! — Захребетник улыбнулся. — Я нечто иное.

И на краткое мгновение приоткрылся, давая увидеть свой огненный лик англичанину. И в отражении его глаз я разглядел пылающую фигуру с копьём в руке.

Редъярд сделался белым, как собственный крахмальный воротничок.

— Я узнал тебя. Тебя не может здесь быть! Вам запрещено вмешиваться в дела людей! Запрещено!

С отчаянным криком англичанин бросил в Захребетника гудящий чёрный шар. Даже смотреть на него было больно, и от ужаса волосы вставали дыбом.

Захребетник не стал ставить щит, а ударил ладонью навстречу. Заклятие развернулось в воздухе и ушло обратно в того, кто его послал.

Удар пришёлся в грудь. Редъярд закричал, охотничья куртка на груди лопнула, и его отбросило на стену.

— Нет, — прохрипел он, сползая по стене и глядя на меня стекленеющими глазами. — Этого не может быть…

— Может, — тихо сказал Захребетник. — Проигрывать, сэр, тоже надо достойно.

Англичанин повалился на пол лицом вниз и больше не шевелился.

Дрожащее марево у двери лопнуло беззвучно, как мыльный пузырь. Принцесса, завершив наконец свой прыжок, приземлилась на все четыре лапы ровно на то место, где секунду назад стоял противник. Недоумённо крутанулась на месте, увидела тело и неторопливо подошла к нему. Обнюхала и разочарованно фыркнула.

За дверью раздался топот. И в комнату один за другим ввалились близнецы. Взъерошенные, с заготовленными плетениями на ладонях, они синхронно обвели взглядом дымящиеся ковры, мёртвого англичанина, рыдающего под диваном Ходжаева и Лебедева с револьвером.

— Ну вот, — обиженно сказал Борис, гася заклинание.

— Всё без нас закончилось, — вздохнул Леонид.

Глава 2 - Люди выехали

— Между прочим, мне он сразу показался подозрительным, — заявил Леонид, глядя на мёртвого англичанина.

— Мне тоже, — согласился Борис. — Но я думал, он по военному делу шпионит.

— Интересно, он хоть одного носорога застрелил?