Годфри опустился на колени и начал чертить.

Круг. Второй круг внутри первого. Между ними — магические знаки, шестьдесят четыре штуки.

Он выводил их медленно, задерживая дыхание. Мелкие символы удавались не сразу, и это бесило.

В прошлой жизни он рисовал такое за четверть часа. Теперь приходилось пыхтеть как минимум час.

Пентаграмма внутри второго круга. Пять узлов на вершинах. Закрепляющий знак у верхнего луча. И последнее: якорные метки по внешнему обводу, чтобы демон не смог вырваться за границу.

Годфри отполз назад и осмотрел работу.

Криво. Но работать будет.

Он расставил по пяти точкам чёрные свечи. Они были его главной гордостью и главным мучением. Чтобы их сделать, пришлось долго искать по лесам ингредиенты, вываривать, отстаивать, снова вываривать. В этой глуши ведь ничего не купишь. Всё надо делать самому.

Годфри по очереди зажёг свечи и начал вслух читать заклинание.

Слова были не из этого мира. Собственно, и сам Годфри был не из этого мира. Точнее, его душа.

Тело-то местное. Тощий деревенский пацан, в которого не повезло угодить после перерождения. Дерьмовая оболочка! Но увы, выбора никто не дал. Уж что досталось, то досталось.

А до этого он младшим магистром демонологии.

И пусть слово «младший» звучит скромно — в его ремесле дожить до этого ранга считалось подвигом. Демонологов постоянно убивают. Обычно демоны, но порой и люди.

Годфри прикончили люди. Пришли ночью, вооружённые освящёнными клинками и сильной магией. Он ничего не смог им противопоставить.

Обидно.

Но душа уцелела — и оказалась здесь, в этом мире, где о демонологии никто не знал.

И это, если подумать, было здорово.

Потому что Годфри знал ремесло, которое в этой реальности не знал больше никто. У него были все шансы стать здесь единственным демонологом — а значит, со временем сильнейшим существом на континенте.

Правда, править тут особо нечем. Мир бедный, дикий, обжитый инсектоидами. Что толку править таким захолустьем?

Но зато весь этот мир можно принести в жертву демонам…

Если скормить им достаточно душ, то можно получить взамен огромные набери силы, а потом пробить себе проход в нормальный мир. И уже там продолжить путь к величию.

Годфри произнёс последнее слово заклинание, и воздух над пентаграммой дрогнул.

Демон явился во вспышке пламени, и в сарай тут же наполнил удушливый запах серы.

Высокая, сутулая тварь с длинными когтистыми лапами и кожей цвета золы. Голова была вроде человеческой, только слишком узкая, а глаза сидели слишком близко и были чёрными, как уголь.

Демон оглядел сарай, взглянул на Годфри и расхохотался.

— Ох, ну надо же. Меня уже дети вызывают!

Годфри молчал, глядя на него исподлобья.

— Чего тебе надо, человеческое дитя? — демон присел на корточки, продолжая усмехаться. — Силы? Денег? Может, еды? Скажи, что у вас тут дети любят. Может, пряник? Хочешь пряник?

Годфри продолжал молчать. Затем нагнулся и надавил на закрепляющий знак.

Пентаграмма вспыхнула.

Из пяти точек на вершинах пентаграммы ударили молнии. Они врезались в тело демона, ударили снова. Затем ещё, и ещё, и ещё. Демон орал и бился внутри круга, не в силах вырваться за его пределы.

Годфри держал десять секунд. Потом отпустил.

Дымящийся демон рухнул на четвереньки и снова засмеялся.

— Сильный ты, однако! — просипел он, поднимаясь. — Ох, сильный! Сил у тебя ровно столько, сколько у дохлой курицы!

Годфри стиснул кулаки, но сдержал свой гнев. Ведь демон, чтоб его, был прав.

Он приносил жертвы уже семь раз. И за всех вместе получил столько силы, что в прежней жизни постеснялся бы взять даже за одну жертву.

Все, как один, слабаки. Демоны не очень-то хотели их забирать и платили соответственно.

В прошлой жизни Годфри покупал специально отобранных рабов, сильных, здоровых, с крепкими душами. Приносил в жертву по двадцать-тридцать человек за раз.

Какую силу ему тогда дарили демоны! Какую щедрость они проявляли, когда видели настоящее подношение!

Здесь ему за год столько не собрать.

Но сегодня, возможно, повезёт…

— Я хочу силу, — сказал, наконец, Годфри. — Много силы.

Демон приподнял голову.

— Моя жертва — этот человек, — продолжил мальчик.

Демон посмотрел на лежащего у стены. Сначала нахмурился, а затем внимательно прищурился.

— Та-ак, — медленно протянул он. — Так-так-так. Я дам тебе даже больше, чем ты просишь. В пять раз больше. Нет! В семь раз.

У Годфри перехватило дыхание. Такой удачи он не ожидал! Похоже, душа этого человека гораздо сильнее, чем он думал.

— Согласен!

— Прекрасно, — демон протянул свою лапу. — Раз согласен — тогда зайди в круг и скрепим нашу сделку рукопожатием.

Годфри рассмеялся.

— Прекращай, демон! Я же не дурак.

Демон тоже засмеялся.