В саквояже хранилась одна небольшая, но важная тайна. Второе дно. С виду это была обычная деревянная основа, придающая саквояжу устойчивость, но на самом деле доска была полой и открывалась, если знать, как это сделать.

Я откинул крышку и достал чёрную книгу предшественника.

Запрещённая магия, благодаря которой я оказался в этом мире. Та самая, из-за которой я могу лишиться второй жизни.

Но если предшественник с её помощью пытался восстановить утраченный Источник, то ответы, возможно, кроются в этих страницах. Вдруг у него получилось, просто не так, как он хотел? Мне предстоит это узнать.

Поэтому я открыл книгу на заложенном месте и всмотрелся в кривые строки.

Ритуал предшественника назывался «Обмен».

Обмен предполагает две стороны. И если моей стороне достался чужой Источник, то интересно, что именно получила вторая.

━─━────༺༻────━─━

Управление жандармерии. Тем временем…

Майор Строганов сидел под тусклым светом настольной лампы и строчил очередной отчёт. Выверенными движениями кисти перо царапало бумагу.

Бюрократия уже его не бесила, как это было в юные годы. Со временем Игорь Борисович просто принял её как неприятного, но родственника. Очень дальнего родственника…

И со временем даже нашёл нечто медитативное в каждой из тысячи бумажек, которые следовало оформить после любого действия.

Научился очищать голову, расслабляться и не думать о мелких проблемах вроде очередной студенческой ячейки доморощенных нигилистов или доносов, которые регулярно поступали в управление на вредных соседей или коллег, которые кому-то мешали продвигаться по службе.

Но даже в этой медитации майор Строганов всегда был настороже.

— Добрый вечер, Мирон Францевич, — поднял он взгляд.

И прямо перед ним, плавно обволакивая воздух, появился адъютант Тайного сыска.

— Вы как всегда проницательны, Игорь Борисович, — ровным голосом отметил Лихт.

И бесшумно опустился на кресло, которое скрипело каждый раз, когда кто-то на него садился.

Строганов закончил заполнять документ, отложил лист в стопку, положил перо и спросил:

— Удалось найти что-нибудь в квартире Вересаева?

— Нет, — задумчиво произнёс Лихт. — Но он явно что-то скрывает, я в этом убедился.

— Значит…

— Значит, его действительно нужно держать как можно ближе. Интуиция подсказывает, что так будет лучше всего.

Строганов кивнул. Он понимал, что это значит, и уже в голове прикидывал варианты исполнения. Но затем снова заметил едва уловимую улыбку Лихта. А если Лихт улыбается, значит произошло что-то интересное.

— Что вы не договорили, Мирон Францевич? — спросил майор.

Теперь Лихт улыбнулся ещё сильнее, так что мог бы заметить сторонний человек. Но говорил он по-прежнему ровно и безучастно.

— От вас ничего не утаить, Игорь Борисович. Скажем так, я сделал Вересаеву небольшой сюрприз.

Глава 13

Так вот что хотел сделать предшественник.

Я пролистал очередную страницу книги и снова почувствовал, как волосы на голове зашевелились. Теперь понятно, почему такая магия должна быть запрещена. Если эту книгу найдут, у меня и правда будут большие проблемы. Теперь я в этом убедился.

На первых страницах книги описывалось то, что я бы назвал законом сохранения энергии — нечто не может взяться из ничего. Из этого следовало, что вернуть Источник можно было, только если забрать его у кого-то другого.

Книга подробно описывала ритуал и его подготовку. Пентаграмма, в которой я очнулся, была заклинанием ритуала и описывала смысл, заложенный в него. Некоторые символы заклинания, описанные в книге, были мне знакомы, потому что я видел их тогда на полу. Но к моменту моего пробуждения заклинание уже во многом уничтожилось, и понять, совершил ли предшественник какую-то ошибку при начертании, было невозможно.

Да и пентаграмма та уже полностью исчезла — сам начисто отмывал пол.

Лишь одна деталь осталась у меня от ритуала. Это был старый стетоскоп, предшественник фонендоскопа. Деревянный, в виде трубки с воронкой на конце, и явно возрастом в десятки лет.

Но суть в том, что стетоскоп не просто так оказался у меня в руках. Чтобы отобрать у кого-то Источник, нужна привязка к этому человеку. И в качестве привязки предшественник использовал стетоскоп — тот, кому он принадлежал, и являлся целью.

Не знаю, кто он. В голове не было ни идей, ни каких-то подсказок от предшественника. От него осталась лишь мысль «выжженный Источник» и следующее за ней стремление вернуть дар.

Но вряд ли этому человеку понравится, что у него пытались отобрать магию.

Вот только ритуал очевидно пошёл не по плану, и вместо Источника появился я. Причём вместо предшественника.

Однако закон сохранения энергии никуда не делся, а значит сам предшественник (или его душа?) не мог просто исчезнуть. Его «энергия» должна куда-то деться.

— Что же ты натворил, Вересаев… — тихо произнёс я сам себе.