- Она бы всё равно попыталась тебя убить. После интервью… после того, что узнала… вариантов почти не осталось. Если бы не сегодня, то на следующем контуре или после него.

Я поджимаю губы.

- И поэтому ты считаешь, что всё произошло правильно?

- Нет. Я считаю, что выбора почти не было. Будь я на месте Андера… поступил бы так же.

Я резко вскидываю голову.

- На месте Андера?

- Если бы кто-то представлял угрозу для моей сестры… да. Я бы тоже устранил эту угрозу всеми возможными способами, а если и невозможными, то пожертвовал своей жизнью ради её.

Я невольно вспоминаю, как Андер удерживал Лицию одной рукой, как ни на секунду не усомнился и как отдал приказ Трис.

В тот момент он думал вовсе не о себе.

- Ты говоришь так, будто понимаешь его.

- Понимаю. Однако это не значит, что мне нравится то, что произошло, - он на мгновение опускает взгляд, словно заново прокручивает тот момент в памяти. - Иногда выбор заканчивается раньше, чем человеку кажется.

Джаспер некоторое время внимательно наблюдает за мной, потом неожиданно произносит:

- Он защищает тебя слишком очевидно.

- Не говори ерунду.

- Это не ерунда. Думаешь, остальные не замечают? Думаешь, только ты считаешь странным, что человек, который обязан думать исключительно о собственном рейтинге, раз за разом теряет очки, вмешиваясь туда, где его вообще не должно быть?

Я отвожу взгляд, когда как двадцать первый не решает продолжить этот разговор, лишь в конце добавляет:

- Мест всего пять, а нас пока девятнадцать. Ещё четырнадцать лишних игроков… кто-то останется за бортом.

То есть кто-то обречен на верную смерть. Все это прекрасно понимают. Вопрос лишь в оставшемся времени.

Глава 3

- Я думала, что чем меньше нас останется, тем лучше нас должны кормить. Ну, там сокращение расходов или что-то такое, а тут… - Тори зачерпывает из тарелки ложку вязкой жижи и тут же выливает её обратно, а мы с Джаспером прослеживаем за этим действием и тем, как странная консистенция медленно, явно нехотя, возвращается обратно в тарелку, - это выглядит все более несъедобным.

Тори вновь зачерпывает кашу, ведь именно этим жидкость и должна быть, и отправляет себе в рот.

- М-м-м… на вкус все так же безвкусно, - добавляет седьмая.

Джаспер рассказал ей и про Виолу, и про Лицию, пока я была без сознания, но от Тори не последовало никаких вопросов. Точнее, может, она и задавала их брату, но не мне. Она ведет себя, как и обычно, словно нас всегда сидело трое за этим столом, а не пятеро или четверо, хоть это и было не так часто и не так долго.

- В любом случае эта еда вкуснее, чем та, которую ты готовила дома.

- Эй, - Тори протягивает руку и стучит по пальцам брата, когда губы парня растягиваются в улыбке, - раз так не нравилось, то готовил бы сам.

Невольно улыбаюсь, смотря на них не как на ежедневно рискующих жизнью игроков, а просто на брата с сестрой, которые спорят из-за какой-то несчастной каши. В их разговор не хочется вмешиваться.

- Напомнить про твое самое незабываемое блюдо? - невозмутимо спрашивает Джаспер.

Тори прищуривается.

- Не надо.

- Нет, почему же? Дэлии будет интересно.

- Не будет.

- Будет.

Она тяжело вздыхает и закатывает глаза так выразительно, что я уже догадываюсь - история явно заслуживает внимания.

- Мне тогда было десять, - начинает девушка. - И я решила сделать сюрприз маме. Приготовить ужин.

- Очень смелое решение, - вставляет Джаспер.

- Замолчи.

Он поднимает руки, показывая, что капитулирует, хотя улыбка становится только шире.

- Всё шло отлично, - продолжает Тори. - Пока я не перепутала баночки.

- Она вместо соли добавила сахар.

- Один раз.

- Во всё.

- Один раз!

- И что получилось? - я тихо усмехаюсь.

- Отвратительная сладкая подливка к мясу, - отвечает Джаспер, прежде чем сестра успевает открыть рот. - Причём она так гордилась собой, что первая заставила всех попробовать.

- Я никого не заставляла!

- Ты буквально стояла рядом и смотрела, пока мы ели.

Тори наигранно возмущённо фыркает.

- Я ждала честной оценки.

- Мы были слишком воспитанными.

- Врёшь. Ты сразу сказал, что это ужасно.

- Потому что это действительно было ужасно.

Она снова легонько ударяет его по плечу.

- Предатель.

- Реалист.

Я тихо смеюсь, и оба одновременно переводят на меня взгляд.

Смех здесь кажется по-прежнему неуместным по той причине, что нужно скрывать напряжение или делать вид, что всё в порядке. Но это правда смешно.

Тори замечает это первой и довольно улыбается.

- Вот. Видишь? Хоть кому-то мои кулинарные достижения поднимают настроение.

- Не твои достижения, - тут же поправляет её Джаспер. - Последствия.

- Между прочим, мама тогда сказала, что главное это старание.

- Потому что она очень тебя любила.

- А ты нет?

- Я любил нашу кухню.