Я невольно перевожу взгляд на экран, где видео уже давно остановилось на кадре с моей рукой, лежащей на холодном камне.

- Тогда откуда он взялся?

- Не знаю.

Опять.

Этот ответ начинает раздражать меня почти так же сильно, как собственное бессилие.

Кейн, заметив это, продолжает уже спокойнее:

- Опиши его ещё раз.

- Зачем?

- Просто опиши.

Я на несколько секунд прикрываю глаза, восстанавливая в памяти картинку, которая никуда не исчезла, наоборот, стала ещё чётче.

- Обычный паук, - произношу наконец. - Небольшой. Не больше половины пальца. Только полностью белый, даже лапы. Настолько белый, что на снегу его почти невозможно было заметить. Если бы он не двигался, я бы вообще его не увидела. Он не выглядел мутировавшим или… странным. Не было дополнительных лап или глаз. Просто паук. Самый обычный.

- Быстро двигался?

- Очень.

- Исчез сразу?

- Практически мгновенно. Цапнул палец, выполз… и словно растворился в снегу.

Он задумчиво кивает, так ничего больше и не спрашивая, именно это почему-то заставляет меня нервничать сильнее.

Час назад всё выглядело куда проще. Когда Кейн забрал меня из медотсека, он не спорил и не пытался сразу переубедить. Сначала ещё раз проверил через диагностическую капсулу, не пропустили ли врачи что-нибудь после моего обморока. Потом открыли запись с нагрудной камеры. И первое, что тогда сказал Кейн, было совершенно логичным. Он решил, что я просто порезала палец о край камня, трещина ведь узкая, а камень неровный. Острые края встречаются постоянно.

Когда никакого паука на видео не оказалось, я на короткие секунды даже засомневалась в том, что видела, пока не вспомнила все те неприятные ощущения.

Теперь же Кейн стоит напротив, внимательно рассматривая остановленный кадр, словно надеется найти на нём хоть одну деталь, которую мы оба упустили.

Он хочет найти объяснение тому, что объяснения пока не имеет.

- Я поищу информацию о подобном животном во всех источниках, - сообщает старший Морроу, - возможно, что-то и удастся найти. Если такие и были когда-то, то что-то должно сохраниться. Не тревожься об этом.

Да, он прав, сейчас есть вещи куда более важные. Опять чёртово выживание.

После третьего контура нас осталось девятнадцать. Относительно самый «безопасный» контур, где не нужно было никого убивать и то погибло восемь человек, включая тридцать четвертую.

Я ещё не видела Андера. Если быть точной, то никого не видела, кроме врача, Лианны и вот теперь Кейна. Стоит только подумать о девушке, как перед глазами всплывает её казнь. Как Андер приказал Трис убить её. Ладно… мысленно я пытаюсь убедить себя, что это было необходимо.

Рейтинг тоже уже изменился и… я оказалась на первом месте. Первом. Следом за мной с отрывом в десять баллов идет девяносто девятый, мы с ним поменялись местами. Затем на третьем - Тори. Не знаю, что там было, но ее группа с девяносто девятым набрала большое количество очков, но я все равно как-то опередила Риана. Андер из-за смерти сразу двоих участников сразу же опустился в рейтинге и теперь занимает седьмое место. Он даже не входит в пятерку и все потому, что решил помочь мне.

Рефлекторно сжимаю кулаки, не понимая, почему меня это так раздражает. То, что он делает это снова и снова. Что??? Плюет на собственную жизнь или делает вид, неважно, он будто… не знаю, как правильно объяснить, ему словно действительно все равно. Но если младший Морроу не войдет в пятерку, то умрет.

На четвертом месте находится игрок номер сорок. Тот самый, которого я не убила на втором контуре, когда была такая возможность. Пятое - занимает четвертая, то есть Трис, следом - Джаспер.

Каждый контур забирает всё больше людей, и самое страшное заключается даже не в этом, а в том, что я все больше привыкаю и это становится обыденностью. Раньше каждая смерть отзывалась внутри ударом, теперь мозг автоматически превращает человека в число.

Минус один. Минус ещё один.

- Ты снова думаешь не о себе, - голос Кейна вырывает меня из мыслей.

Я поднимаю глаза, замечая, что он уже стоит совсем рядом.

Когда только успел сократить расстояние?

Теперь между нами остаётся меньше шага. Настолько близко, что я могу различить едва заметную усталость под его глазами, несколько тонких царапин на шее, которых раньше не было, и то, как напряжена линия его челюсти.

Он тоже устал. Намного сильнее, чем хочет показать.

Наши взгляды в очередной раз пересекаются, и никто не отводит глаз.

Странное ощущение, напоминающее, словно весь кабинет постепенно исчезает.

- Третий контур закончился лучше, чем мог, - произносит Кейн негромко. - Ты жива. Несмотря ни на что.

- Интересное определение слова “лучше”.

- Восемь человек погибли.

Я едва сама не умерла. Сколько именно раз? Уже сбилась со счета.

А Андер добровольно выбросил себя из пятёрки. Очень удачный контур.