Лианна также прикрепила мне нагрудную камеру, по которой Кейн сможет видеть происходящее. Кстати, о последнем, я почему-то думала, что он появится здесь, как и прежде, однако девушка сразу сказала, что сегодня Кейн не придет. То есть контур действительно остается неизвестным, кроме того, что нас закинут в девятую зону, и я могу рассчитывать только на собственные навыки, как было в самый первый раз. Ну и на Андера.

Лианна нажимает несколько кнопок на клавиатуре, и из стены выдвигается ящик, к которому она подходит, чтобы достать небольшой предмет, напоминающий ободок для волос с круглым чипом. Я знаю, что это такое, видела уже прежде.

- Для чего нужен ретранслятор? - спрашиваю, когда она закрепляет его у меня на голове, а холодный чип касается виска.

- Он нужен для прохождения контура.

Я невольно касаюсь подушечками пальцев тонкого обода, ощущая прохладный металл.

Его используют редко, но не потому, что устройство сложное или дорогое. Просто необходимость в нем возникает далеко не всегда.

Я помню, как мама однажды объясняла мне принцип его работы, когда мы ждали приема у врача после очередного моего… приступа в детстве. Тогда мне постоянно снился отец. Настолько часто, что я просыпалась среди ночи и еще несколько минут не могла понять, где заканчивается сон и начинается реальность.

Сам по себе ретранслятор ничего не делает, пока человек бодрствует. Он не читает мысли и не записывает воспоминания. Просто фиксирует физиологические показатели мозга, оставаясь почти бесполезным куском металла.

Все меняется, когда человек засыпает.

Во время сна активность мозга перестраивается, и устройство начинает преобразовывать отдельные нейронные импульсы в приблизительную визуальную модель происходящего, то есть в набор образов, силуэтов, цветов, отдельных сцен и эмоций, которые затем врачи анализируют вместе с пациентом. Именно так психологи иногда помогают людям разобраться с повторяющимися кошмарами, тяжелыми воспоминаниями или последствиями сильных травм.

Конечно, ретранслятор никогда не показывает сон идеально, бывает, теряет детали, при этом дорисовывая недостающее, поэтому подобные записи не считаются абсолютной истиной. Однако этого более чем достаточно.

Внутри появляется неприятное чувство.

Если мне выдают ретранслятор сейчас… значит, он понадобится.

Вопрос только... для чего?

Вариантов немного.

Либо четвертый контур каким-то образом связан со сном. Либо он окажется настолько долгим, что игрокам придется спать прямо там.

Второе нравится мне еще меньше.

Я невольно представляю миллионы зрителей, которые вместо привычной трансляции увидят обрывки моих снов. Да, у меня уже давно нет кошмаров и сны самые обычные, пусть и странные, но думаю, что такое у многих. Все равно это кажется личным.

Если действительно придется провести там не один день, то я лучше останусь без сна настолько долго, насколько позволит организм. Не уверена, что это возможно, но сейчас эта мысль кажется значительно привлекательнее перспективы позволить кому-то заглянуть туда, куда не должен заглядывать никто.

- Не переживай, - неожиданно говорит Лианна, поправляя положение круглого чипа у моего виска. - Он не причинит никакого дискомфорта.

Я невольно перевожу взгляд на девушку, прекрасно понимая, что спрашивать что-либо у неё все так же бесполезно.

Она возвращается к компьютерам, а я мотаю головой в разные стороны, убеждаясь в том, что, если даже мне придется бежать, эта штука на голове никуда не исчезнет.

Последние три минуты здесь проходят слишком быстро, и вскоре я становлюсь в привычное кольцо, готовясь к броску.

Как только начинает раздаваться писк, Лианна отправляет меня в девятую зону.

***

Теперь я даже не оступаюсь, только неприятно морщусь, вспоминая слова Кейна, что с перемещениями стоит быть осторожнее, так как это тоже оказывает воздействие на организм.

Белизна настолько ослепительная, что первое мгновение приходится слегка щуриться. Землю покрывает плотная корка соли, местами потрескавшаяся широкими извилистыми линиями, похожими на высохшие русла рек. На некоторых участках она поднимается небольшими гребнями, образуя причудливые волны, застывшие посреди бесконечной пустоты. Ветер гонит по поверхности сухую белую пыль, и та поднимается легкой дымкой, стирая границы между землей и горизонтом.

Небо же кажется непривычно огромным.

Здесь совсем ничего нет. Соляные равнины, то есть бесконечное белое пространство, уходящее во все стороны.

И ещё здесь никого нет. Только я.

Почему?

Сначала в голове проскальзывает мысль, что я переместилась раньше всех, но никто не появляется и через десять секунд. Ещё примерно через столько же наверху раздается привычное тихое жужжание.

Одна из камер медленно опускается с неба и зависает примерно в пяти футах надо мной, а спустя мгновение знакомый голос ведущего разносится над всей равниной.

- Игроки, добро пожаловать на четвертый контур. Судя по выражениям ваших лиц, многие уже успели заметить одну небольшую особенность. Да-да, вы не ошиблись. Сейчас рядом действительно никого нет, ведь каждый участник был перемещён в отдельную точку девятой зоны.