Внезапная остановка сбила их с ног. В воздух снова хлестнули пули. С поручня фонтаном полетели щепки.

На фоне стрельбы раздавались тихие дзынькающие звуки.

Кора выждала короткую паузу, затем поднялась. Слева она заметила трёх мужчин у грузового контейнера, вытащенного на берег. Ещё трое бежали со стороны низких построек, похожих на казармы. Другие – мельче, – тоже двигались к ним.

Она навела оружие на тех, что у контейнера, и дважды нажала на спуск.

Очередью.

Мужчины рухнули на землю, их оружие внезапно умолкло.

Но теперь укрытие их лодки было почти полностью уничтожено.

– Джонни, быстро. Готов?

Он бросил взгляд на её руку, сжимающую светошумовую гранату, и один раз кивнул – глаза блеснули.

Она напряглась, выдернула чеку и метнула гранату по дуге в сторону самой большой группы солдат, которую заметила раньше.

Она ещё несколько секунд оставалась пригнувшись, а потом услышала громкий хлопок!

– Сейчас! – крикнула она. Они оба перемахнули через сильно повреждённый поручень и сиганули за борт тонущей лодки, чьи пробоины уже не давали ей держаться на воде.

Нос всё ещё был врыт в песок, вздымая его, как сырое тесто.

На миг стрельба стихла – благодаря гранате, – и они рванули вперёд.

Дым ударил ей в лицо, и Кора перепрыгнула через одно из тел. Чёрные столбы и красные струи вспыхивали рывками, вырываясь из горящего корабля. Теперь она слышала крики вдали. Треск оружия.

Она бросилась на землю, толкнув Джонни. Оба врезались в песок, тяжело ударившись о берег. Но даже когда мокрые комья песка взрывались под настойчивыми пулями, она прицелилась и выстрелила.

Ещё один солдат – готов. Джонни тем временем вытаскивал одну из гранат. Он метнул её.

Пауза. Что-то горячее полоснуло по её руке.

А потом – БУМ!

Дерево повалилось, и троих мужчин швырнуло в стороны, их предупреждающие крики оборвались на полуслове.

Кора и Джонни рванули вперёд, прорвались к деревьям, останавливались, чтобы сделать выстрелы, и тут же перебегали к следующему стволу, используя его как укрытие.

Из лагеря выбегало всё больше людей.

Джонни и Кора, тяжело дыша, прижались спинами к толстому стволу. По лицу Коры лился пот. Джонни всё ещё ухмылялся, а по щеке и лбу у него тянулись полосы пепла там, где задержался дым.

– Готова? – прошипел он ей, отстёгивая от пояса дымовую гранату.

Она нахмурилась, глядя на него.

Он быстро мотнул головой. – Мы оба не сможем сдвинуться. Прижмут к стене периметра. Я задержу их здесь. Ты – двигай.

Кора нахмурилась. – Я не разделяюсь.

– Это не то, что ты говорила три года назад.

Она уже хотела огрызнуться, но внезапная очередь перебила её. Древесина и кора брызнули щепой с дерева.

Она прошипела:

– Сейчас не время для шуточек.

Но он уже выдернул чеку, подбросил гранату в ладони, прицелился и метнул. Над дугой летящего снаряда прозвучало резкое шипение. Серый дым повалил густыми клубами, смешиваясь с чёрными полосами, поднимавшимися от горящего корпуса у причала.

Ещё крики. Ещё несколько очередей. Но затем, когда дым расползся, стрельба стихла. Голоса перекликались. Фигуры осторожно двигались в дыму. Одна, потерявшая ориентир, подошла слишком близко.

Джонни уложил его двумя выстрелами в голову.

– Иди, – прошептал он ей, легонько подтолкнув в поясницу. – Они отходят на запад. Бери восточную стену. Найди свою девчонку.

Кора выдохнула дрожащим вздохом. Ей не нравилась мысль оставлять напарника одного. Но Джонни умел о себе позаботиться.

А вот Кейтлин…

Кора приняла решение, разок хлопнула его по плечу и рванула с места, помчавшись между деревьями, не стреляя – она не хотела, чтобы её вычислили по звуку сквозь дым.

Она проскользнула через дым, пригибаясь и стараясь ступать как можно тише. Теперь крики затихали у неё за спиной. Она уже могла определить, откуда приближаются стрелки.

Джонни продолжал стрелять. И кричать тоже, отвлекая на себя как можно больше внимания. Дым теперь расползался между ними, как щупальца оседающего тумана.

Она потеряла напарника из виду, но всё равно рванула дальше, тяжело дыша на бегу к лагерю. Забор вскоре показался – остаточный дым рассеивался тем сильнее, чем дальше она от него уходила.

Один охранник сидел в будке и, прищурившись, смотрел в прицел своей винтовки. Она подошла осторожно, но быстро.

Он навёлся и выдохнул, опустошая лёгкие.

Она метнула нож.

Лезвие вошло ему в горло, и охранник свалился со своего насеста, глухо ударившись о землю – тупой бух.

Она тут же взобралась на забор, забралась в будку и спрыгнула с другой стороны. Часто дыша, с покалывающими от напряжения пальцами, она оглядела лагерь. С её позиции были видны два главных здания.

Одно – приземистое серое строение – судя по тому, как дверь оставили распахнутой кое-как, было, скорее всего, казармой: внутри мелькнул опрокинутый стол и рассыпанные игральные карты.