— Почему ты так себя ведешь? Ты представляешь, что я сделал, чтобы исполнить твои мечты? Знаешь, чем я пожертвовал? — спрашивает он, пытаясь все перевернуть.

— Сколько они тебе платят за то, что ты меня переманиваешь? Тридцать тысяч? Сорок?

— Ты преувеличиваешь.

— Ты продолжаешь это говорить. — Я иду к лестнице. — Ты говорил это, когда я умоляла тебя быть со мной на расстоянии. Ты говорил это, когда я сказала, что хочу подумать о нашем совместном будущем. Ты даже говорил это в ту ночь, когда я уехала домой. Может быть, ты преуменьшаешь. — Я выдыхаю. — Ответ — нет.

— Деньги…

— Никогда и ни за что не сделают меня счастливой, — говорю я, поднимаясь по лестнице. Дверь в его комнату не заперта, и его вещи висят в шкафу аккуратным рядом. Я выдергиваю рубашки с вешалок, и металл гремит о штангу. Затем я выбрасываю их с маленького балкона. Его туалетные принадлежности выстроены на стойке в ванной, я сгребаю их в руки и тоже выбрасываю. Одеколон летит вслед, как и его обувь. Я хватаю пустой чемодан и тоже выбрасываю его. Все летит через перила, с глухим стуком падая в песок.

Адам стоит в дверях.

— Какого хрена ты делаешь?

— Ты уезжаешь.

— Ты сошла с ума.

— Нет, я снова нашла себя. Я проснулась и наконец-то вижу тебя настоящего. Ты вызываешь у меня о ...

— Нет, я снова нашла себя. Я проснулась и наконец-то вижу тебя настоящего. Ты вызываешь у меня отвращение.

— Мои руки дрожат от адреналина. — Я даже не хочу тебя больше видеть. Никогда. Забудь мой номер. Забудь, что я существую. Убирайся.

— Ты совершаешь ошибку.

— Единственная ошибка, которую я совершила, — отдала тебе лучшие годы своей жизни. Я позволяла тебе строить каждый разговор так, чтобы я уходила, думая, что ты прав. Ты контролировал мои чувства, мои решения и мою карьеру, и я благодарила тебя за это. Ты пытался сломать меня, и я не дам тебе второго шанса. — Я делаю шаг к нему. — Убирайся на хер из дома моей бабули.

Он просчитывает, насколько скандально будет себя вести. Что бы он ни увидел на моем лице, это останавливает его от следующего шага. Если он не уйдет в течение пяти минут, я вышвырну его с балкона следующей.

Он поворачивается и уходит, а я следую за ним вниз по лестнице. Бабуля стоит в холле, наблюдая за всем этим.

— Адам выселяется досрочно, — говорю я ей, раздувая ноздри.

Адам подходит к двери и оборачивается ко мне, умоляя глазами. Он выходит на крыльцо, и я захлопываю дверь, табличка «Добро пожаловать» с ракушками хлопает о нее. Я поворачиваюсь, и моя бабуля просто смотрит на меня.

— Думаешь, выбрасывать его вещи с балкона было необходимо? Мое лицо расплывается в улыбке, и я смеюсь.

— Да. Думаю.

— Милая, ты уничтожила его.

— Он заслужил.

Я слышу, как заводится двигатель его арендованной машины. Вскоре он выезжает с подъездной дорожки, и шум затихает, пока через окна не остается только океан.

Бабуля подходит к стойке и сжимает мое плечо.

— Я горжусь тобой, — говорит она и целует меня в лоб, прежде чем оставить одну.

Розы лежат на стойке там, где я их оставила. Я поднимаю их и выбрасываю в мусорное ведро, прежде чем выйти на террасу.

Пляж полон туристов и зонтов. На улице больше людей, потому что соревнования по серфингу начинаются в эти выходные. Моя возрастная группа соревнуется через два дня, и я нервничаю. Но то, что действительно пугает меня, будет потом. Соглашение о летней влюбленности скоро заканчивается, и я пообещала себе, что приму все, что произойдет. Если Картер уедет, я научусь выживать, как обычно.

Час спустя Картер заходит с песком на икрах и книгой под мышкой.

— Все в порядке?

— Я выгнала Адама, — говорю я. Картер кладет книгу на стойку.

— Хочешь поговорить об этом?

— Не знаю, с чего начать. Он переспал с моей лучшей подругой в Калифорнии. И предложил мне работу.

— Ого, это много.

— Я потеряла самообладание и выбросила его чемодан с балкона, а затем сказала ему валить нахер. Картер моргает, а затем разражается смехом.

— Блядь, жаль, что я все пропустил.

Он заходит за стойку, чего никогда не делал, и скользит поцелуем по моим губам. Я таю в нем, чувствуя расслабление впервые за весь день.

— Это было за что? — спрашиваю я. Он наклоняется близко к моему уху.

— Тебе нужно было отвлечься.

— Всегда нужно, — говорю я с улыбкой.

Его рука перемещается на мою шею и сжимает один раз. Напряжение в моем теле отпускает.

— У тебя есть планы на следующую пятницу?

— Ты приглашаешь меня на свидание?

— Да, приглашаю, — говорит он мне. Все, что я могу сделать, это улыбнуться.

— Во сколько?

— В семь.

Я прижимаюсь к нему.

— Хорошо. Мне надеть что-то особенное?

— Я кое-что пришлю.

Моя бровь приподнимается.

— И что это значит?

— Узнаешь.

Я выдыхаю с облегчением.