У самого края нахожу свободное место и подхожу к гладкой стойке из амбарных досок. Рыжая в кожаном топе без бретелей принимает мой заказ, и я протягиваю ей кредитку, проследив, чтобы счет всей нашей компании записали на нее.

— Виски и воду я заберу, но не могли бы вы попросить нашу официантку принести к нашему столу еще по шоту текилы?

Пока жду, я облокачиваюсь на стойку и оглядываюсь. Внутри заведение больше, чем кажется снаружи. Сцена без особых изысков, зато приличного размера. Танцпол занимает почти всю правую от бара часть зала. Между ним и входом стоят группы столов — разных форм, высоты и размеров. Слева четыре бильярдных стола, а в дальнем углу — потертые кожаные диваны и мишени для дартса. Там же виднеется темный коридор, который, как я предполагаю, ведет к кабинетам и, возможно, к туалетам. За баром есть дверь с деревянной табличкой: «Дворик».

Заведение, похоже, забито до отказа, и все отлично проводят время. Но я все равно отмечаю выходы и мысленно прокладываю кратчайшие пути от нашего стола к каждому. Потому что если жизнь меня чему-то и научила, так это одному: там, где много людей и алкоголя, все может быстро покатиться к черту.

Миниатюрная женщина с черными волосами до плеч — в крошечных джинсовых шортах, красной майке с глубоким вырезом и черной фетровой ковбойской шляпе — пристраивается рядом со мной.

— Эй, ковбой. Я тебя знаю, — говорит она.

Я приподнимаю бровь.

— Да неужели?

— Точно знаю. Мы познакомились в Ливингстоне в прошлом году.

Пока она окликает бармена и просит светлое пиво, я копаюсь в памяти, возвращаясь к прошлогоднему летнему родео. Помню, как набрал восемьдесят девять очков и забрал главный приз, но эту конкретную девушку не вспоминаю.

— Прости, милая. В голове пусто.

Ее вишнево-красные губы изгибаются в лукавой улыбке.

— Я была с Деллом Райтом. Мы все ходили выпить в «Виски Эттик» после выступления.

Делл Райт. Такой же наездник на быках. Хороший парень.

— Точно, — вспоминаю я. — Как там Делл?

— Не знаю. И знать не хочу. — Она придвигается ко мне еще на полшага. — Пару месяцев назад я застукала его в Бозмене с какой-то дешевой блондинистой зайкой, так что пришлось его отпустить.

Я качаю головой.

— Жаль.

Она поднимает руку и проводит ногтем с красным кончиком по кресту, висящему на кожаном шнурке у меня на шее.

— Даже не знаю. Сейчас мне не кажется, что это так уж плохо. — Ее палец скользит ниже, по моей груди. — Что привело тебя в Уайлдхейвен?

Я беру ее за запястье, останавливая руку, пока она не добралась туда, где создаст мне проблему, с которой я не справлюсь.

— Просто приехал к друзьям.

— Я тоже. Какое счастливое совпадение.

Бармен ставит между нами стакан, две бутылки воды и бутылку пива.

— Ваши шоты принесут через минуту.

Я касаюсь полей шляпы и благодарю ее, затем снова смотрю на девушку, которая уже прижалась ко мне всем боком.

— Прошу прощения, дорогая. Мне надо отнести это тем самым друзьям.

— Хорошо. Мы с девчонками вон там. — Она оборачивается и указывает на двух женщин у высокого столика. Те наблюдают за шумной компанией ковбоев, играющих в бильярд. Потом она снова поворачивается ко мне. — Найдешь меня позже?

Я улыбаюсь привычной улыбкой. Такой я улыбался сотне женщин в сотне разных баров.

— Вполне возможно.

Приняв этот ответ, она берет бутылку пива и уходит. Ее нарочито покачивающиеся бедра посылают сигнал, который трудно понять неправильно. Она оглядывается через плечо, проверяя, смотрю ли я на это представление, а потом возвращается к подругам. Те уже с интересом переводят взгляд с нее на меня.

Я беру воду одной рукой, виски — другой. Когда добираюсь до нашего стола, девушки как раз сходят с танцпола, а официантка уже стоит там с их шотами.

Чарли обходит стол и забирает у меня одну бутылку воды, прежде чем я успеваю передать их парням. Другой рукой она собирает волосы, поднимает их и прокатывает холодную бутылку по влажной коже на затылке. Ее глаза закрываются, и она стонет.

— О боже, как хорошо.

— Заказать тебе что-нибудь холодное? — спрашиваю я.

Ее глаза распахиваются.

— Да. «Олд фэшен» со льдом. Побольше льда, пожалуйста.

То, как ее голос ласкает слово «пожалуйста», заставляет меня представить, как я беру кубик льда из ее коктейля и провожу им по ее горячей коже, лишь бы снова услышать этот стон.

— Брайс? — зовет она.

— Да, — говорю я, отгоняя эту мысль. — «Олд фэшен», побольше льда. Еще воды для Кейба. Что-нибудь еще?

— Я с тобой, — говорит Кейб. — Мне надо отлить, и, думаю, всем не помешает вода.

Я киваю ему и говорю Чарли:

— Сейчас вернусь.

Я иду следом за Кейбом, когда чувствую резкий рывок за джинсы, от которого замираю на месте. Опускаю взгляд: ее палец зацепился за одну из шлевок моего ремня. Я смотрю ей в глаза.

— Я хочу пить, — заявляет она.

— Ага, — говорю я.

— Не позволяй всяким недоковбойшам задерживать тебя на этот раз.