— Она обещала остаться и помогать мне заботиться о ребёнке. И что мне оставалось делать? Мне нужно было на ком-то проводить эксперименты, а Анджело был под рукой. В конце концов Алина получила по заслугам — её любовник-чудовище безжалостно её убил.

Боже мой, у этого человека вообще не было никаких моральных принципов.

Он психопат.

— Я не хочу иметь ничего общего с твоим обществом. — Я отодвинулся от стола. С меня достаточно Косты и его извращённого разума. — Что ж, рад был встретиться. Желаю удачи в поисках золота.

Я встал и протянул ему руку.

Коста непонимающе уставился на неё.

— Ты куда? Я думал, мы неплохо беседуем.

— Возможно, — сказал я, убирая руку, — но дома меня ждёт жена. У нас обоих есть жёны.

Я кивнул на Марселиуса.

— Ах да, твоя прекрасная жена Оливия. Жаль, что нынче секс втроём не в моде, а то мы могли бы славно развлечься. — Коста поднял на меня взгляд с таким невинным выражением, словно был сущим ангелом. — Если, конечно, ты не захочешь устроить что-нибудь со мной. Я никому не скажу, если и ты промолчишь.

Из его горла вырвался мерзкий смешок.

— Ни за что на свете, — ответил я. Затем кивнул Марселиусу: — Идём?

Марселиус поднялся, и мы оба повернулись к выходу.

Но стоило мне посмотреть в сторону двери, как по спине прокатилась волна ледяного ужаса.

В таверну вошли Бальтазар и Тристан.

Они направлялись прямо к нам.

Чёрт. Этот день может стать ещё хуже?

Марселиус побледнел.

— Блядь, — пробормотал он, отступая и пытаясь затеряться между двумя посетителями.

Бальтазар неспешно приблизился к нашему столу, широко улыбаясь.

— Ну надо же, надо же. Какая приятная неожиданность, — произнёс он, глядя сначала на Косту, потом на меня.

А затем его взгляд скользнул к Марселиусу, который стоял, опустив голову.

— Ты! — прошипел Бальтазар. — Ебаный ублюдок. Сучонок. Ты, блядь, предал меня!

РОМАН

ГЛАВА 33

 

Стоя у стены в прокуренной, шумной таверне, я чувствовал, как всё тело звенит от напряжения. Мало того что рядом с нами находился безумный Охотник за временем Рауль Коста, так теперь к нам присоединился ещё и Бальтазар — воплощение абсолютного зла. Меньше чем за час этот день из плохого превратился в настоящий кошмар.

Марселиус дрожал так, словно стоял посреди снежной бури, не сводя глаз с Бальтазара. Он держался возле нескольких посетителей, которые наблюдали за нами с вялым любопытством.

— Хватит прятаться, как ребёнок, Марселиус. Выходи и встреться со мной лицом к лицу, как мужчина, — сказал Бальтазар, сверкнув белыми зубами.

Тристан стоял за спиной отца и наблюдал за происходящим с видом идиота, пытающегося собрать огромную головоломку.

Марселиус сглотнул и отошёл от толпы.

Несколько мужчин склонили головы набок, с любопытством разглядывая нас и явно надеясь на хорошее представление.

Мне совершенно не хотелось их развлекать, но вокруг нашего маленького кружка, состоящего из меня, Марселиуса, Бальтазара, Тристана и Косты, сгущалось тяжёлое напряжение. Если я срочно не придумаю, как отсюда выбраться, скоро разразится демоническая война.

— Оставь моего брата в покое, Бальтазар, — сказал я. — Мы просто пытаемся жить своей жизнью и не хотим неприятностей.

— Откуда вы друг друга знаете? — спросил Коста, поднимаясь со стула. — Я думал, они исследователи. Я как раз пытался убедить их присоединиться ко мне и помочь очистить мир от Рождённых временем и Связанных временем.

Бальтазар презрительно усмехнулся.

— Тебя обвели вокруг пальца, Рауль. Уж ты-то должен был понять — эти двое Рождённые временем. Как ты мог не заметить?

Ноздри Косты раздулись, а глаза едва не вылезли из орбит.

— Вы оба Рождённые временем? Вы, блядь, врали мне прямо в лицо!

Ну да. Конечно. Будто мы добровольно признаемся тебе, охотнику, что мы Рождённые временем.

— Мы не хотим неприятностей, — снова сказал я. — Мы знаем, что вы жаждете крови и хотите перебить нас всех. Но я прошу сделать исключение и оставить нас в покое.

Как будто это сработает. О чём я вообще думаю?

— И с какой стати мне это делать? — Коста подошёл ко мне почти вплотную, настолько близко, что я чувствовал отвратительный запах его пота, смешанный с табачным дымом и алкогольными испарениями, пропитавшими помещение.

Толпа притихла и начала стягиваться к нам, предвкушая драку.

Бальтазар вскинул руку.

Воздух затрещал от наэлектризованного напряжения.

— Вон! Все вон! Убирайтесь отсюда, пока я не сделал то, о чём потом пожалею! — взревел Бальтазар, и его громоподобный голос отразился от стропил и стен. Невидимый ветер трепал полы его длинного пальто, закручивая их вокруг тела.