Но я несчастен.

Я с ужасом жду каждого рабочего дня. И да, я чертовски рад за нее, но новость все равно немного ранит. Приходит осознание: для меня все кончено. Работа теперь принадлежит другому, а я по-прежнему не знаю, чем хочу заниматься.

В груди вспыхивает зависть — крошечная искра, — но это несправедливо.

Она честно заслужила это место. Сама создала себе имя и достойна каждой награды. Ее работа важна и необходима. Я не могу злиться на нее за то, что она получила желаемое.

— Со мной все будет хорошо. — Я целую ее в лоб. Может, если повторить это еще несколько раз, я сам поверю. — У меня красивое лицо, помнишь? Возможности безграничны.

— Нам необязательно это обсуждать. — Куинси переворачивает телефон и кладет ладонь мне на затылок. — Я могу отпраздновать с Мией и Харлоу за обедом, а мы сделаем вид, будто…

— Я хочу услышать все. — Я улыбаюсь ей. — Рассказывай, Монро. И ничего не упускай.

— Они хотят, чтобы я приступила через две недели, если не возникнет новой тропической активности. Извинились, что так долго не связывались. Последствия Джорджианны отняли больше времени, чем они рассчитывали. Сказали, что я смогу продолжать шоу. А в будущем они готовы рассмотреть смешанный формат работы.

— Только посмотри на себя. Черт. Я так тобой горжусь.

— Ты не меньше заслуживал эту должность, Себастиан. Они сказали, что выбор между мной и другим кандидатом был почти равным. Уверена, это был ты.

— Еще одна отметка в твоей колонке побед, През, — бормочу я.

— Я не хочу, чтобы это считалось победой или поражением.

— Ладно. Но мы должны отпраздновать.

— И как мы это сделаем?

— У меня есть идея, а утро еще… — Теперь вибрирует мой телефон в кармане. — Наверное, это из Мелбурна. Звонят сказать: спасибо, но нет.

— Ответь. Вдруг они предлагают тебе другую должность? Они говорили, что им не хватает сотрудников. Может, появилось еще одно место.

Я об этом не думал. От такой возможности начинаю торопливо доставать телефон, но на экране вижу имя Джонатана и стону.

— Мне нужно ответить, — говорю я и провожу пальцем по экрану. — Алло?

— Привет, Себ. Как дела?

— Хорошо, приятель. Что случилось?

— Ненавижу беспокоить тебя так рано.

— Ничего страшного. У тебя вопрос по материалам с Джорджианны, которые я вчера прислал? У меня есть еще.

— Нет, там все отлично. Дело в Гэри, который тебя заменяет. — Джонатан замолкает. — Сегодня утром он уволился по личным причинам, и руководство хочет, чтобы ты завтра вернулся в студию.

— Завтра? — Сердце падает куда-то в пятки. — Это на три дня раньше.

— Знаю. Но есть и хорошие новости. Они хотят обсудить, как связать твой документальный цикл с вечерними новостями. Предложили выпускать по серии каждую неделю, а после устраивать ответы на вопросы.

— Что будет, если я не вернусь?

— Нет билетов? Думаю, я смогу уговорить их перенести на послезавтра и…

— Я имел в виду вообще не вернусь.

Снова повисает долгая пауза, и Джонатан прочищает горло.

— Это будет нарушением контракта. Ты лишишься всего заработка за этот год.

Вот же дерьмо.

У меня есть и другие доходы, но я потеряю чертовски много денег.

— Да, конечно. Логично, — слабо отвечаю я. — Спасибо, что предупредил.

Он бросается модными словечками, которые, по его мнению, я хочу услышать. Все в восторге от твоего возвращения. В соцсетях запустили обратный отсчет, зрители ждут. Люди спрашивают, какую песню ты возьмешь первой после возвращения в эфир.

Я понимаю, что он пытается дать мне почувствовать собственную значимость, но отвечаю уклончиво. Мычу и хмыкаю, а когда завершаю звонок, плечи будто придавливает тяжестью.

— Завтра? — спрашивает Куинси, и я киваю.

— Если не вернусь, нарушу контракт. Больше ничего не получу до конца года. И наверняка попаду в черный список всех средств массовой информации страны. — Смех выходит натянутым. — Хотелось бы понять, почему я так несчастен на работе, о которой мечтают тысячи людей.

— Потому что у тебя огромное сердце и ты создан для чего-то большего. Ты это найдешь. Возможно, потребуется время, но оно существует, Себастиан. И когда появится, ожидание того стоит.

— Да. — Я киваю, жалея, что возлагал столько надежд на должность в NWS. Нужно было рассмотреть другие варианты. Узнать, что еще есть. А теперь я застрял на дороге с односторонним движением, и мне не нравится, куда она ведет. — Наверное.

— Эй. — Она толкает меня локтем. — Ты расскажешь, зачем хотел приехать сегодня утром?

— Ох. — Я потираю затылок. Признаться ей в любви сейчас, когда наши жизни вот-вот изменятся, кажется эгоистичным. Поэтому я пожимаю плечами, натягиваю улыбку и киваю на экран ее компьютера. — Хотел спросить, можно ли сегодня присоединиться к твоему эфиру.

— Ты же знаешь, для тебя приглашение действует всегда. Моим зрителям ты нравишься больше, чем я.