— Разорви его на части! — и кракен сводит щупальца в противоположных направлениях, разрывая капитана Королевского флота Эда Смита пополам, прямо посередине.

Кракен разжимает щупальца, и останки Смита с жутким кровавым стуком рушатся на палубу.

— Перенеси меня к ним, — говорю я кракену, указывая на «Ночной ветер». — Только помни: ни единого волоска на их головах не должно упасть.

Кракен понимает меня. Я общаюсь с ним на каком-то интуитивном уровне — без слов, на уровне чистых ощущений. Чудовище отплывает от тонущего судна, предоставляя ему погружаться на дно самостоятельно, и плавно направляется к «Ночному ведру». Благодаря своим гигантским размерам мы оказываемся у борта пиратского корабля считанные секунды.

Команда дружно отступает от фальшборта, настороженно глядя на нас, сжимая в руках мечи и пистолеты. Я их не виню.

— Не бойтесь, — успокаиваю я их. — Кракен больше вам не навредит.

Они расслабляются — хотя бы чуть-чуть, — и я легко хлопаю щупальце по упругой коже, прося опустить меня на палубу. Я знаю, что из-за хвоста буду чувствовать себя на корабле совершенно беспомощной, но мне так хочется снова обнять Рамзи. Хочется поцеловать его и сказать, что теперь — всё, теперь всё закончилось.

Щупальце бережно опускает меня на палубу, и тут же Рамзи делает шаг вперед, подхватывая меня на руки. Кракен разжимает хватку, а я обвиваю руками плечи Рамзи, прижимаясь к нему всем телом.

— Привет, лапушка, — улыбаясь от уха до уха, шепчет он.

— Здравствуй, капитан, — отвечаю я, снизу вверх глядя на него с глупой улыбкой на лице.

— Я же говорил, что вернусь за тобой, — напоминает он.

— Вообще-то, это я вернулась за тобой, — парирую я. — Но я не буду ставить это тебе в упрек.

Он тихо смеется и подается вперед для поцелуя — нежного, сладкого, похожего на бабочек в животе и лучи солнца. От этого поцелуя возникает ощущение, будто я наконец-то вернулась домой.

Среди команды раздается удивленный возглас, и мне кажется, что они просто зачарованы нашим публичным проявлением чувств. Я углубляю поцелуй, притягивая Рамзи еще ближе.

Но тут Круз произносит:

— Принцесса, э-э… твой хвост…

Я открываю глаза, прерываю поцелуй и смотрю вниз, ожидая увидеть там свой мощный хвост, поддерживающий меня на палубе.

Вместо этого из-под подола моей рубахи выглядывает пара бледных человеческих ног.

Я издаю изумленный крик.

— О боги!

Я отшатываюсь назад, но рука Рамзи тут же поддерживает меня. Он в таком же шоке смотрит на мои ноги.

— Марен? Какого черта?

— Я не знаю, — выдыхаю я, качая головой. Я вытягиваю одну ногу, потом другую. Обе они мокрые, а на коже мерцают едва заметные следы перламутровой чешуи, которые прямо на глазах испаряются в воздухе. Я шевелю лодыжками, пальцами, напрягаю икры. Ноги кажутся слабыми, пожалуй, даже слабее, чем раньше, но всё работает.

— Мои ноги, — тихо говорю я, не в силах скрыть изумление. — У меня снова есть ноги.

И хотя я безумно рада их возвращению — и тому смыслу, который они несут для нашей общей жизни, — в груди шевелится легкая боль от потери хвоста. Кажется, я едва успела им насладиться. Но, полагаю, нельзя получить всё и сразу, и это я знала с самого начала.

— Это из-за поцелуя? — спрашивает Рамзи с такой надеждой в голосе, что я едва не смеюсь. — Поцелуй истинной любви, да?

— Не глупи, — бросаю я, пытаясь сдержать улыбку при виде его разочарованного лица. — Мы целовались уже тысячу раз.

И тут я вспоминаю слова Нерисы:

Ты способна сделать своим любой мир.

— Погоди-ка минутку, — бросаю я ему, высвобождаясь из его объятий. — Мне нужно кое-что проверить.

— Марен? — спрашивает он, пока я бегу по палубе, а в груди нарастает надежда. Шаги получаются короткими, походка по-прежнему неровная, бегать быстро я не умею, но все же я пересекаю «Ночной ветер» до того места, где фальшборт был разнесен кракеном.

Я делаю глубокий вдохи прыгаю за борт, камнем уходя под воду — кракен к этому моменту уже скрылся в глубинах.

Я погружаюсь глубже, и в тот же миг вокруг моего тела пробегает волна электричества. Жабры на шее вновь начинают работать, а когда я смотрю вниз на свои ноги, то вижу, как они срастаются, превращаясь в хвост. В мой собственный хвост.

Я издаю в воде радостный визг и устремляюсь к поверхности — как раз в тот момент, когда Рамзи бросается в волны вслед за мной. Он падает с брызгами, подплывает ко мне, а я разворачиваюсь, поднимая хвост над водой, чтобы он мог полюбоваться.

— Смотри! — смеюсь я, заставляя чешую переливаться на солнце от бирюзового до нежно-лавандового и обратно.

Он тоже смеется.

— Что это значит? — спрашивает он, притягивая меня для поцелуя.

Я прижимаюсь лбом к его лбу, пока мой хвост плавно рассекает воду.

— Нерисса дала мне еще один шанс, новое заклинание.

— Ты видела Нериссу? — удивленно приподнимает темные брови он.

— А как, по-твоему, я смогла управлять кракеном?