В этот момент он входит в меня, продвигаясь мимо моих пальцев. Я настолько невероятно узкая, даже больше, чем на суше, что испускаю вопль, который заполняет собой море. Кажется, что его член не сможет войти, но я так влажна, а он толкается так решительно, до самого основания, что мою спину вдавливает в песок.

— О боги, — кричу я.

Я пытаюсь пошевелить руками, чтобы обнять его, хочу почувствовать напряженные мышцы его рук, плеч, спины, удержать этого мужчину, ради которого я готова на все. Но он держит мои запястья прижатыми, и он так яростно и глубоко входит в меня, что мой мозг туманится, а я сама уношусь прочь, охваченная ощущениями — одновременно знакомыми и совершенно чужими. У меня никогда не было мужчины вот так, никогда не было Рамзи вот так, и это ощущается как близость в самый первый раз. Каждое его движение, каждое касание его пальцев к моей груди, его губ к моей шее — я чувствую себя неизведанной землей, которую открывают прямо сейчас.

Я чувствую себя покоренной.

А он смотрит вниз, на меня, с таким сосредоточенным обожанием, ловя каждое мое дыхание, каждый раз, когда мои глаза закатываются, каждый изгиб моей шеи, что я никогда раньше не чувствовала себя настолько боготворимой и изученной. Словно он пытается запечатлеть меня в памяти каждым мощным толчком своих бедер.

Может быть, так оно и есть. Может быть, он знает, что это все, что у нас осталось. Что больше ничего для нас быть не может. Два монстра, принадлежащих разным мирам, возвращаются каждый на свое место. Он — король открытого моря, я — королева подводного мира.

Только теперь я — королева без королевства.

И вскоре я стану королевой без своего короля.

— Будь со мной, — шепчет он, раздувая ноздри, пытаясь сдержать себя. — Будь со мной здесь и сейчас, дорогая.

Я киваю и издаю низкий стон, когда его бедра совершают то самое, единственно верное движение, возвращая мои мысли к нему, к этому моменту, когда он так глубоко внутри, что трудно представить, как можно было когда-либо существовать без него.

Вскоре его сосредоточенность начинает колебаться, взгляд меняется, уступая место такой же интенсивной дикой страсти. Он выглядит как одичавший мужчина, двигается как свирепое создание, трахает меня как настоящий монстр.

— Рамзи! — кричу я, и мой оргазм накрывает меня, как прилив, становясь все ближе и ближе.

— Кончай для меня, мое прекрасное создание, — ворчит он, делая быстрые, неглубокие движения своим невероятно твердым членом, а затем входит так глубоко, что я вскрикиваю.

— О боги. О боги мои. — Моя грудь сжата, мне жарко, и я чувствую: если я отпущу его, то отпущу навсегда, поэтому я пытаюсь держаться за него все крепче и крепче.

Но он ощущается слишком хорошо, он слишком искусен в том, чтобы обнажать мои чувства, как ракушки, скрытые под песком.

Я вскрикиваю, мои бедра подаются навстречу ему, и я спиралью срываюсь в бездну, мое тело содрогается, когда кульминация проходит сквозь меня, сотрясая до самого основания. Я чувствую это воющее существо внутри себя — то, что хочет завладеть им любым способом, хочет удержать его внутри себя навеки.

Вслед за мной кончает и он. Решимость на его челе трескается, и я вижу, как оргазм пронзает его насквозь, превращая моего сильного мужчину в нечто уязвимое и свободное. Тяжелый вздох срывается с его приоткрытых губ, шея напряжена от финального толчка бедер, мышцы дрожат от напряжения после этой страстной близости под водой, а затем он замирает. Он падает на меня — всего на мгновение, прежде чем выталкивающая сила воды приподнимает его так, что мы едва касаемся друг друга.

— Марен, — мягко произносит он, опуская руку и касаясь моей щеки. — Это было…

— Невероятно? — подсказываю я, но в тот же миг на меня накатывает волна эмоций, грозящая утопить меня в глубоком страхе перед тем, что ждет нас дальше. Я сжимаю губы, заставляя себя не плакать, и смотрю мимо него на поверхность, не в силах вынести обожающее выражение на лице Рамзи.

Но, глядя вверх, я кое-что замечаю.

Высоко на поверхности воды корабль рассекает волны.

Затем слева от него появляется еще один, и справа, и позади — целая флотилия, и все они движутся в сторону «Ночного ветра».

— Рамзи, — шепчу я, и ему требуется пара секунд, чтобы поднять голову и посмотреть наверх.

— О, черт побери, — говорит он. — Королевский флот.

ГЛАВА 41

Марен

— Королевский флот? — переспрашиваю я, пока он выходит из меня. — Ты уверен? Как ты можешь это разглядеть отсюда, снизу?

— Ну, прям уж со стопроцентной уверенностью не скажу, — бросает он на меня украдкой взгляд, заправляя член обратно в штаны. — Но когда видишь линейные корабли, которые плывут с такой скоростью, я бы поставил на то, что это именно они. Как бы там ни было, мне нужно возвращаться на «Ночной ветер».

— Я тебя довезу, — говорю я. — Тебе самому за теми кораблями не угнаться, а я смогу.

Он криво улыбается.

— Ты уверена, что у тебя нет парочки ручных дельфинов, на которых можно прокатиться?

Я невольно смеюсь на это. Он и понятия не имеет, какими на самом деле мерзавцами бывают дельфины.