И я уже могу сказать, что конь — звёздный квотербек из маленького городка, которому с самого рождения все подряд твердили, что он победитель. У него идеальная родословная, но он знает, и это может стать либо причиной его падения, либо залогом триумфа. Покажет только время.

— Скорее всего, обойдётся тебе в один и два или один и три миллиона, — говорю я, подходя поприветствовать его.

Он великолепен. Не моя девочка, но я определённо могла бы помочь сделать его победителем.

— Сегодня утром я получил пять сообщений от Нэша, в которых он требует заплатить любую цену. Он говорит, что его главный вклад в помощь — первоначальные расходы на лошадь, поэтому «играть по-крупному или идти домой», — произносит Уэйд, изображая кавычки пальцами.

Я улыбаюсь. Для неэмоционального бывшего хоккеиста, который притворяется, будто по-настоящему любит только Сиси, у этого мужчины золотое сердце, а его преданность семье не имеет себе равных.

— Ну ладно, тогда давай потратим его деньги, хорошо? — спрашиваю я, и на губах играет озорная улыбка.

Уэйд улыбается в ответ. Этим утром он выглядит потрясающе. Удивительно, что сегодня мне вообще удалось выбраться живой из гостиничного номера, когда он вышел из ванной в идеально сидящих джинсах, фланелевой рубашке и плотной куртке «Carhartt», проводя руками по влажным после душа волосам и пахнущий чистой пряностью лосьона после бритья. В Уэйде всё большое, мужественное и суровое. Мне требуются все силы, чтобы не пялиться на него и не упиваться выражениями его лица, тем, как двигается челюсть, когда он говорит, даже низким звуком его голоса…

— Так и сделаем. Осмотри следующий ряд. Я пойду удостоверюсь, что мы зарегистрированы на завтрашний аукцион, и ещё раз проверю наши места, — говорит он, прерывая мою маленькую фантазию о нём.

Я киваю и указываю на ряд, где буду ждать его возвращения. По пути рассматриваю лошадей. Любая из них может привести нас к цели, любая может стать нашей победительницей. Мне нужно лишь поверить, что я достаточно хороша, чтобы помочь им этого добиться.

— Айви.

Я застываю.

«Голос».

Волоски на затылке мгновенно встают дыбом. Я узнаю его где угодно. Особенно хорошо помню последний раз, когда слышала его в паре сантиметров от своего лица, пока владелец голоса возвышался надо мной, кипя от ярости, со злобным выражением в глазах, которое я никогда не забуду.

Я молюсь, что мне просто показалось.

— Айви Грейс.

Снова.

«Блядь».

Я закрываю глаза и делаю один глубокий вдох, прежде чем развернуться к нему лицом, молча приказывая себе не убивать его до того, как успею помочь Уэйду выбрать прекрасную новую лошадь.

— Брэд, — говорю я, готовясь к ссоре и надеясь избавиться от него до возвращения Уэйда.

— Что ты здесь делаешь?

«Зачем я спрашиваю? Мне всё равно».

— Приехал посмотреть ещё одного жеребца для случки с Моной Лизой, — отвечает он, глядя на меня так, словно увидел призрака, и упоминает одну из самых ценных кобыл своего ранчо.

Он снимает шляпу и проводит рукой по тёмно-русым волосам.

Он начинает приближаться, а мои кулаки сжимаются по бокам.

— Не могу поверить, что ты здесь.

Он говорит мягко и ласково — так всегда бывало некоторое время после наших ссор. Именно так он заставлял меня сомневаться в себе и думать, будто я слишком остро реагировала на его поведение.

— Ты не отвечала ни мне, ни моей семье. Я лишь хотел поговорить. После того как ты… сорвалась в ту ночь, я понял, почему ты могла решить, что я попытаюсь причинить тебе боль, и простил тебя. Мне понадобилось время, но теперь тебе больше не нужно стыдиться. Я правда по тебе скучаю. Я здесь не враг, Айви. Всё, что я когда-либо делал, — любил тебя.

Я молча возношу молитву.

«Дорогая Вселенная, если я проткну его ручкой, ты знаешь почему».

Глава 25

Я никогда не видел на лице Айви выражения, которое говорило бы, что она по-настоящему злится. Обычно она — огромный сгусток счастливого, беззаботного солнечного света, поэтому, увидев её сейчас, когда она смотрит через проход на какого-то разряженного ковбоя, я мгновенно напрягаюсь, готовый атаковать, если понадобится. Её глаза тёмные, будто грозовые тучи. Я ускоряюсь, заставляя ноги двигаться быстрее, чтобы добраться до неё раньше него.

Как раз когда я приближаюсь, ковбой Кен подходит ближе и пытается её обнять. На её лице чистая паника, поэтому я встаю перед ней и непринуждённо протягиваю руку для рукопожатия.

— Уэйд Эшби, — говорю я, физически ощущая, как Айви расслабляется у меня за спиной.

Ковбой испуганно смотрит на меня снизу вверх, словно понятия не имеет, откуда, блядь, я взялся.

— Брэд. Брэд Беллингем, — говорит он, пожимая мне руку.

Я мгновенно понимаю, что он бесхребетная размазня, прямо как его рукопожатие, и теперь вспоминаю, почему его лицо показалось знакомым.