Его изумрудные глаза встречаются с моими, и я чувствую себя какой-то покалывающей и желеобразной. Я наблюдаю, как его взгляд опускается к моему рту. Его горло дёргается, когда он сглатывает.

«Сотрясение? Нет».

«Возбуждение? Есть».

Моя челюсть безвольно отвисает, пока его тёплые крупные пальцы осторожно ощупывают мой лоб, пока я не морщусь, когда он касается места удара.

— Там может появиться хороший синяк, но, думаю, с тобой всё в порядке.

— Не первый, — нервно произношу я.

«Что, блядь, со мной не так?»

Его тёмные глаза оценивают меня.

— Не думаю, что тебе стоит возвращаться к себе одной, потому что по дороге ты можешь каким-нибудь образом себя прикончить, так что просто… сядь, — говорит он, указывая на гостиную.

Я стою на месте на мгновение дольше, чем следовало бы, и не отвечаю, потому что мышцы его рук, когда он указывает через комнату, просто…

Взгляд Уэйда находит мой.

— Айви, сядь, — приказывает он.

Я моргаю, а затем иду к месту на диване, на которое он указывает.

«Да, сэр. Кто я такая, чтобы спорить с властным Уэйдом Эшби?»

Он отсутствует менее пяти минут и возвращается в поношенных джинсах, чёрном лонгслив-хенли с длинными рукавами, облегающем каждый соблазнительный сантиметр тела, которое я теперь уже никогда не смогу развидеть, и чёрной бейсболке «Теннесси Тайтенс», козырёк которой он выгибает обеими руками на ходу. Он выглядит совершенно собранным и расслабленным. Полная противоположность мне.

Подойдя ко мне, он наклоняется, и теперь пахнет ещё лучше благодаря какому-то лосьону после бритья. У Уэйда такой запах, к которому хочется прижаться и глубоко вдохнуть.

— Всё ещё в порядке? Не тошнит или что-нибудь ещё? — спрашивает он, снова легко проводя пальцами по моему лбу. — Шишки нет, хороший знак.

Его глаза удерживают мои на месте. В глубокой зелени видны маленькие коричневые крапинки, которые можно заметить, только когда он находится так близко.

Он моргает, разрушая мой транс.

— Прости за всё, — смущённо улыбаюсь я, когда он выпрямляется и кивает в сторону двери, а его челюсть снова напрягается.

— По дороге возьму из пикапа сумку с инструментами. Пойдём.

Я делаю, как он говорит, на этот раз убедившись, что действительно открыла дверь, прежде чем решаю пройти через неё.

Глава 6

— Включилось! — кричу я из кухни Уэйду, который находится в задней части дома, когда после его действий электричество наконец возвращается.

Раздаётся одновременный писк приборов, когда мой дом оживает. Всё, о чём я могу думать, — как бы поскорее выпроводить этого мужчину и немного прийти в себя перед ужином.

— Значит, всё готово, — говорит он, входя в гостиную. — Что-то выбило автомат на кухне, а потом, что бы ты там ни делала, ты, должно быть, полностью отключила весь щиток. Хижина старая, поэтому постарайся не включать одновременно слишком много приборов.

— Спасибо, — говорю я. — В обед у меня работали стиральная и сушильная машины, а ещё обогреватель. Может, я просто не заметила перед возвращением в конюшню, что электричество отключилось. Я не хотела… То есть прости, что вломилась к тебе домой. Я не ожидала, что ты будешь не совсем прилично одет, — говорю я, стараясь звучать как можно профессиональнее.

Уэйд приподнимает бровь, складывая инструменты обратно в сумку.

— Мне стоило ожидать. Я не просто так прозвал тебя Бедой, Беда.

Он быстро опускает взгляд, но не раньше, чем я успеваю их заметить.

Намёк на ямочки.

— Дважды за один день.

— Что дважды за один день? — спрашивает он, и его лицо уже снова ничего не выражает.

«Чтоб мне провалиться. Я сказала это вслух?»

— Дважды за один день я сделала какую-то глупость… Я-я пойду в душ, так что увидимся позже, — говорю я, неловко и быстро махнув ему рукой, а затем стремительно скрываюсь в коридоре.

— Может, сначала проверишь воду, прежде чем залезать в душ, чтобы не получить ещё одну травму, — кричит Уэйд, закрывая за собой дверь, пока я исчезаю в ванной, окончательно униженная и невольно размышляющая, успею ли я подрочить на мысленно сохранённый образ своего босса, прежде чем отправлюсь на ужин со всей его семьёй.

Я оказываюсь не совсем готова к сцене, разворачивающейся в большом доме, когда сразу после шести дверь мне открывает отец Джо, Дин. Огромный лохматый золотистый ретривер Эшби, Харли, едва я захожу, тут же прижимается ко мне в поисках ласки. Сиси сидит на полу перед диваном в гостиной и, как всегда, выглядит невероятно красивой, а Нэш устроился рядом с ней, положив руку ей на колено, пока смотрит по телевизору лучшие моменты хоккейных матчей и потягивает бурбон. Такое ощущение, будто он просто не может её не касаться. Мейбл сидит на диване позади Сиси и укладывает её длинные светлые волосы в разные косички и заколки, а к журнальному столику приклеен рисунок с надписью, выведенной неразборчивым мужским почерком — «Салон красоты умелой Мейбл».