— Шторм не помогает, — шепчу я. Яркая вспышка освещает окно, мягкое аметистовое сияние подчеркивает контуры его лица и отражается в пирсинге на брови. У нас не было возможности выбраться на окраины из-за всех этих дел, и этот непрекращающийся зуд начинает меня сводить с ума.

— Я знаю, — шепчет он в ответ. — Мы отправимся туда, как только всё закончится.

Мы. Он говорит это так непринужденно, но мне кажется, именно такими мы и становимся.

Мы. Нас двое.

Именно в этот момент я чувствую, что нас связывает нечто большее, чем просто прикосновение рук и коленей. Мы скованы этой тайной, которая проводит черту между нами, невзирая на все различия и преграды. Понимание, выкованное из необходимости всю жизнь прятаться на виду. Может быть, если завтра нам повезет, нам больше не придется скрываться.

Я улыбаюсь и тянусь к его щеке, а затем кладу руку ему на грудь, чувствуя, как частый стук его сердца отзывается вибрацией в моей руке. Он закрывает глаза и тихо выдыхает, его пальцы слегка касаются моего живота. Я едва заметно поворачиваюсь к нему.

Из-за финальных экзаменов и планирования нашего взлома у нас было не так много времени, чтобы побыть вдвоем. Я утыкаюсь носом в изгиб его шеи и глубоко вдыхаю, издавая тихий жалобный звук.

— Что ты делаешь? — спрашивает он голосом, в котором едва сдерживает самообладание.

Я смотрю на него снизу вверх. — Я скучала по тебе.

— Я всё это время был на другом конце комнаты.

— Этого недостаточно.

Его карие глаза вспыхивают фиолетовым, на губах играет ухмылка, и мы придвигаемся ближе, так что между нашими губами остается всего дюйм.

Он медленно склоняет голову и целует меня, его теплые губы сливаются с моими. Его пальцы сжимают ткань моей майки, наши бедра и колени переплетаются. Его рука медленно ползет выше, поглаживая мой живот, и кончики пальцев касаются края моей груди.

— Рук, — стону я. — Я хочу… — мысли кажутся спутанными.

— Чего ты хочешь, Поэт? — спрашивает он. — Скажи мне.

— Я хочу тебя. Всего тебя.

Он издает какой-то мучительный звук, его рука возвращается на живот и игриво касается края моих шорт для сна.

— Я хочу прикасаться к тебе, — шепчет он. — Я хочу прикасаться к тебе так сильно, что больно. Иногда я ни о чем другом думать не могу.

— Да, — говорю я. — Пожалуйста.

Его губы снова накрывают мои, а рука скользит ниже, проникая за пояс и бережно находя то место, где он мне так нужен. Я ахаю прямо в его рот, когда его теплые пальцы начинают ласкать меня, заставляя бедра изгибаться.

— Ты такая чертовски красивая, — стонет он мне в губы. — Сильная и блестящая. Я просто… я не ожидал этого. Тебя. Я не ожидал тебя.

— Рук, — выдыхаю я, вцепляясь в его плечи, пока его пальцы выплетают ленты атласного жара.

Он улыбается в изгиб моей шеи, его рука движется между моих бедер, доводя меня до края, прежде чем он снова целует меня, и тогда я взрываюсь сверкающим фейерверком искр. Я стону, прижимаясь к нему, пока он продолжает дразнить и ласкать, оставляя меня бездыханной и обмякшей под тяжестью его теплого тела.

Он медленно убирает руку, и мы снова целуемся. Мои пальцы скользят по его животу, по рельефным мышцам и легкой полоске волос. Я опускаюсь ниже, проводя кончиком пальца по поясу его брюк.

— По, — выдыхает он, когда я опускаюсь ниже, чувствуя, как его твердость давит на ткань, и он испускает тихий, сдавленный стон.

— Я тоже хочу прикасаться к тебе, — шепчу я.

— Небеса, прошу тебя, Поэт. Я схожу с ума.

Моя рука возвращается на его живот, а затем соскальзывает ниже, за пояс брюк, где я нахожу его горячим, тяжелым, жаждущим. Мои пальцы обхватывают его, и я медленно, осторожно веду рукой вверх и вниз. Его бедра дергаются, и я сжимаю его крепче, а он подталкивает меня, поощряя.

— Вот так, — хрипит он. — Да. Еще.

Еще. Мне хочется так много всего.

Минуту спустя я чувствую, как он освобождается с содрогающимся стоном.

В конце концов он притягивает меня ближе и прижимается лбом к моему. Мы остаемся так в течение долгой минуты, не двигаясь, просто дыша, просто существуя вместе. Я не знаю, сколько идеальных моментов нам отпущено в жизни, но мне кажется, что это один из моих.

— Нам стоит поспать; завтра у нас важный день, — говорит он, а затем усмехается. — Завтра, когда всё это закончится, я хочу отпраздновать с тобой. Всю ночь. До самого рассвета, пока мы оба не разучимся ходить прямо.

Я хихикаю и улыбаюсь ему в ответ.

Затем я тянусь, чтобы поцеловать его, и шепчу в аметистовые тени:

— Я буду ждать этого с нетерпением.

Глава 66

На следующее утро Эмери гудит от новостей об очередном нападении неподалеку от школы. Еще один Хранитель. Виновные уже арестованы, но это знание ничуть не помогает унять тревогу, узлом завязавшуюся у меня в животе.

«Гасители» замечены повсюду. Они бродят по супермаркетам и общественным местам. Разгуливают по городу. Я подумываю спросить Рука, не стоит ли нам отменить всю нашу миссию и дождаться более безопасного момента, но они окружают нас, и время на исходе.