На этот раз ответ пришёл мгновенно. Два коротких сообщения одно за другим.

Нет.

Просто спасибо.

47 Выходные Дня Труда

Следующие четыре дня они провели на стороне города, где жил Логан, занимаясь лишь тремя вещами: прыгали в океан, смотрели старые фильмы и занимались сексом как совершенно обезумевшие люди.

Они подолгу спали. Катались на велосипедах по набережной. Наблюдали, как «Маринерс» умудрились полностью похоронить свой сезон за одну-единственную, не поддающуюся описанию серию игр. Забрали Неро из его большого дома с кондиционером (и, по словам Логана, «точно, мать его, населённого призраками») и перевезли его в таунхаус Логана — без призраков, но с невыносимой жарой, — вместе с любимыми теннисными мячиками и уже продавленной лежанкой.

Поздним субботним вечером жара, накрывшая побережье на длинных выходных, достигла своего пика — тридцать семь градусов. Основательно поджарившись под беспощадным солнцем конца лета, они вернулись с переполненного пляжа домой в поисках ледяного душа и долгого сна. Вместо этого они оказались лежащими на прохладной потрескавшейся плитке ванной комнаты Логана на первом этаже, ели кокосовое мороженое на палочке и смотрели друг на друга. Мокрые купальники прилипли к коже, размягчённой солью и покрытой песком.

Николь в последний раз лизнула своё мороженое и придвинулась к нему чуть ближе.

— Каким ты был… в детстве? — спросила она.

Логан прищурился в улыбке. Со вторника он успел загореть ещё на пару тонов и стать светлее ещё на три.

— Ну… совершенно безумным.

— Правда? Расскажи.

Он тоже придвинулся, убирая волосы со лба.

— Если честно, сколько себя помню, вокруг был полный хаос. Между мной, Алексом и Мэтти всего четыре года разницы, и с самого первого дня мы были настоящими ураганами. Мама ужасно хотела девочку. До сих пор хочет, кстати, потому что у Мэтти и Алекса на двоих родилось четверо мальчишек. Говорят, после рождения Мэтти она даже умоляла папу попробовать ещё раз. Но, думаю, в глубине души они понимали, что получится ещё один такой, как мы. И дом просто взорвётся от количества энтропии внутри него.

Николь рассмеялась.

— Вы были близки?

— Очень, — ответил он. — Мы даже жили в одной комнате, пока Алекс не уехал в колледж. У нас стояли две двухъярусные кровати. Мы с Мэтти спали на одной: я наверху, он внизу. Алексу досталась отдельная — всё-таки старший. Когда мы были маленькими, мама превратила подвал в игровую комнату, но со временем она превратилась в какой-то гибрид игрового автомата, научной лаборатории, экстремального спорта и зоны смертельной опасности. Честное слово, там был сущий кошмар. Duck Hunt. Нёрф-пистолеты. Грязные носки повсюду. К начальной школе мама уже просто загоняла нас туда с подносом закусок и надеялась, что мы выживем.

— По-моему, это было потрясающее детство.

— Ещё какое. Мы привязывали простыни к балкам и раскачивались на них. Прыгали с антресоли на надувные матрасы в прихожей. Били друг другу по лбу мячами для гольфа.

Он взял её руку и провёл её пальцем по маленькому шраму под правой бровью.

— Вот отсюда он.

— Очень сексуально, — сказала она, снова проводя по нему пальцем. Новые веснушки рассыпались по переносице. — Как длинное тире. Одобряю. Оставь его.

Он покачал головой, смеясь.

— Потом Алекс начал взрослеть, успокаиваться. Но только не мы с Мэтти. Нам хотелось только играть. За одни выходные мы однажды разбили два окна. Половину лета потом пололи соседям газоны, чтобы вернуть родителям деньги. Но нам было всё равно. Мы и из этого сделали игру. Всё было лучше, чем сидеть на уроках. Учёба давалась нам очень тяжело. Мы просто не могли усидеть на месте. Особенно я. У нас обоих СДВГ, но у меня он выражен гораздо сильнее…

— Подожди. У тебя СДВГ? Я не знала.

— Ещё какой, — ответил он, опуская руку ей на ногу. Несколько раз ткнул палочкой от мороженого ей в колено и ухмыльнулся. — Разве это было не очевидно?

Николь покачала головой.

— Вообще-то именно благодаря этому мы с Дейвом и подружились. Во втором классе, когда мне поставили диагноз, школьный психолог назначил его моим учебным напарником. Он был маленьким гением, а я — главным клоуном класса. Его посадили рядом со мной, чтобы он помогал мне сосредоточиться и всё такое. Если я начинал смотреть в окно, он хлопал меня по плечу. Если я во время урока географии вдруг уходил через весь класс полистать книжку про детёнышей саламандр или ещё что-нибудь в этом духе, он шёл за мной и возвращал обратно.