— Правда? — спросил он, оглядываясь по сторонам. Пустые стены, покоробившийся деревянный пол, торшер, который заодно служил вешалкой для одежды. — Если Квентин меня уволит, может, получу сертификат дизайнера интерьеров. Надо же как-то масштабировать этот талант, понимаешь? Искусство — это важно.

Николь закатила глаза.

— Квентин тебя не уволит.

— О нет, ещё как может. Сегодня утром, как только мой самолёт приземлился, он целый час орал на меня с какой-то яхты у юга Франции. Сказал, что всё хорошенько обдумал во время медитации и ему уже плевать, что именно я буду презентовать, потому что, если я не закрою сделку, останусь без работы. Так что да. Было весело.

— Подожди, это уже безумие. Даже для него. Он совсем с катушек слетел?

— Э-э… да?

Они оба рассмеялись.

Это не было смешно.

Но в то же время — было.

— И ты совсем не паникуешь?

Он пожал плечами между двумя ложками уже подтаявшего мороженого.

— Наверное, должен. Но, если честно, я не боюсь ставить на себя. Может, это просто потому, что я идиот. А может, я уже настолько привык к постоянному давлению, что перестал его замечать. Но сейчас всё так, как ты сказала. Всё, что я могу, — это прийти и попытаться заставить людей в той комнате что-то почувствовать.

Николь обвела пальцем его коленную чашечку.

— А ты вообще репетируешь? То, что собираешься говорить?

— Вообще-то да. Накануне вечером я буквально зацикливаюсь на каждой странице презентации, проверяю, чтобы всё было идеально. Запираюсь у себя в кабинете, в бизнес-центре гостиницы или где бы я ни был…

Николь кивнула.

Это она помнила.

— Потом, — продолжил он, — Я возвращаюсь домой или поднимаюсь к себе в номер и проговариваю всё вслух. Хожу из угла в угол и думаю, как связать всё воедино. Привыкаю к материалу. Превращаю всю презентацию в одну простую историю, а потом пытаюсь рассказать её именно так, как нужно.

— Уже сделал это?

— Нет.

Она подтянула колени к груди.

— Тогда презентуй её мне.

— Ни за что, — сказал он, и его щёки — кажется, всего второй или третий раз на её памяти — слегка порозовели. Николь вдруг ужасно захотелось их поцеловать. — Это всё равно что показать тебе свой альбом из первого класса! А вдруг у меня тогда была стрижка «под горшок»? Такое не предназначено для чужих глаз!

— Ну пожа-а-алуйста? — Она потянула его за руку. — Я хочу увидеть тебя в деле! И ты же знаешь, как сильно я люблю текилу от знаменитостей, которая стоит втрое дороже, чем должна. В ней столько… наследия. Она такая… канадская.

— Между прочим, продукт отличный.

— Тогда давай, — сказала она, легонько ткнув его предплечье обратной стороной ложки. — Продай её мне. Докажи наконец, что после стольких разговоров твоя работа существует не только в твоём воображении. Покажи, на что ещё способен один из участников самой успешной команды по политическим дебатам, которую когда-либо видел старший класс школы Иссакуа, с помощью своего языка.

Уголок его губ дрогнул.

— Ты всё-таки загуглила меня, Николь? Хотя я совершенно конкретно просил этого не делать?

Николь пожала плечами.

Он покачал головой.

Они оба сияли от улыбок.

— Ну пожа-а-алуйста? — снова протянула она.

— Ладно, — сказал он. — Сделаю. Но когда закончу, ты приготовишь мне сэндвич с жареным сыром. Огромный. А после этого я трахну тебя. По-настоящему. Скорее всего, прямо на этой самой столешнице. И особенно нежничать не буду.

Она резко вдохнула, а потом столкнула его со столешницы.

— Идёт. А теперь давай, за работу. Продай мне свою выпивку.

Он рассмеялся.

Потом отдал ей остатки мороженого и начал свою презентацию.

А потом, потому что всегда держал слово, сделал всё остальное, что пообещал.

И даже немного больше. Просто потому, что мог.

46 Блиц-презентация

Поздно вечером в среду Николь, сгорбившись над письменным столом, наконец закончила монтировать выпуск следующей недели. Она потерла глаза, экспортировала аудиофайл и отправила его Вэл на проверку, после чего без сил откинулась на спинку кресла и потянулась за телефоном. Босые ступни утонули в ворсе ковра, пока она печатала.

Кстати, сегодня ты был невероятен

Через несколько секунд пришёл ответ.

Это? У меня в кабинете? Да ерунда.

Я просто был на нервах. Времени было в обрез. Недоедал. И эти дурацкие столы для работы стоя вообще не выдерживают никакой нагрузки

Она рассмеялась.

Я про твою презентацию, идиот. У тебя на кухне

А

Забудь про Квентина. Он тебе не нужен. Тебе вообще никто не нужен

Правда думаю, что ты мог бы открыть свое дело. Мне кажется, тебе стоит рискнуть. Ты действительно, действительно очень хорош.

Несколько секунд он печатал.

И наконец:

Спасибо

Николь замерла, глядя на экран.

Прочитала сообщение раз.

Потом второй.

Потом третий.

И всё? Без какой-нибудь остроумной реплики?