Чьи-то ладони бесцеремонно обхватили меня за подмышки, толкая сквозь толщу воды и увлекая в неизвестном мне направлении. Я физически ощущала, как потоки воды омывают мою кожу, а что-то мощное то и дело с глухим шлепком задевало мои ноги. Нас сопровождала какая-то песня, звучавшая так сладостно. Неудивительно, что я прыгнула. Если бы я этого не сделала, я бы ни за что в жизни не услышала ничего подобного. Вода вокруг становилась всё светлее; затем мы с шумом пробили поверхность, и я оказалась полностью разлучена с волнами.

Прямо передо мной возникла детская улыбка, девичье лицо показалось у самой поверхности. Эмили. Я отчетливо видела жабры у неё на шее прямо под кромкой воды, которые ритмично качали жидкость, и искренне ей позавидовала. Я четко знала, что она продолжает петь, пока её новый хвост отбивает такт по воде.

— Пить… — попыталась объяснить я. Мне безумно хотелось воды, хотелось ответов, хотелось прикосновения этого сияющего во тьме света.

— Нет, — отозвался голос у меня за спиной, и я почувствовала, как мощные руки перехватывают мою спину, подтягивают вверх и буквально забрасывают обратно внутрь спасательного плота.

Я ощутила себя глубоко покинутой и брошенной, пока Ашер оглядывался куда-то себе за спину.

— Спасибо тебе за это. Я искренне рад, что с тобой всё хорошо.

Я приподнялась, готовая броситься с ним в драку, заставить её забрать меня обратно, но было уже слишком трудно: осталась лишь легкая рябь на воде да отчетливый шлепок хвоста, ударившего по поверхности моря на прощание. Не было ни единого способа понять, куда именно она уплыла. Ну почему, почему она не захотела забрать меня с собой?

Ашер склонился надо мной в спасательном плоту. Я была настолько сильно зла на него, что просто не могла облечь свои чувства в слова.

— Хочу пить, — выплюнула я в его лицо, как только вообще сообразила, как это сделать.

— Я безумно сильно люблю тебя, но я больше не намерен выслушивать от тебя подобные вещи. — Он перехватил конец шнура, с помощью которого надувался наш плот, и принялся методично обматывать его вокруг моего тела.

ГЛАВА 44

Ашер честно пытался бодрствовать, но не смог и вместо этого снова уснул прямо на мне: я была связана, а он лежал перпендикулярно поперек моих ног. Мой рот дико высыхал и ныл от жажды. Я была готова на всё, лишь бы сделать хоть глоток. Мне стало интересно, неужели именно это чувствуют вампиры.

Один из лоскутов окружающей нас ночной тьмы внезапно отделился в лунном свете, пересек дно спасательного плота и засеменил, точно огромный жук. Я яростно замотала головой, тщетно пытаясь высвободиться, но тварь поднялась по борту плота, оказавшись так близко, что я даже не могла повернуть голову, чтобы рассмотреть её, но отчетливо почувствовала, как она заползает прямо мне в ухо.

— Привет, Эди!

Тени, ну или какая-то их часть. Ну конечно же они выжили. Стоило мне об этом подумать, как они дружно расхохотались. Теперь они сидели прямо у меня в голове, и по голосу было слышно, что они искренне рады меня видеть. Потрясающе.

— А мы-то, грешным делом, думали, что тебе ни за что не удастся продержаться так долго! — произнесли они, и в их тоне слышалось неподдельное веселье.

И это уж точно не благодаря вам.

— Ну, вообще-то, именно благодаря нам ты сейчас здесь и находишься. Может, ты еще спасибо нам скажешь когда-нибудь потом. В этой жизни всякое бывает, — выдали они и расхохотались так, словно отпустили уморительную шутку. — Да ладно тебе, если серьезно, то всю самую тяжелую работу по поддержанию в тебе жизни сейчас выполняет твой собственный сын. ДНК перевертышей, если это вообще можно так назвать, поистине удивительная штука. Чертовски мощная иммунная система. Мы теперь искренне надеемся, что ты выживешь, просто чтобы нам представился шанс с ним познакомиться. Нам ведь еще ни разу в жизни не доводилось встречать гибрид человека и перевертыша.

Мне меньше всего на свете хотелось, чтобы они когда-либо пересеклись с моим сыном, если он в итоге действительно окажется таким гибридом. Я мысленно представила себе, как рожаю его прямо на поверхности солнца, под лучами настолько ослепительно яркого света, что даже самим Теням придется в ужасе прятаться.

Они дружно расхохотались над этой мыслью, а затем весь этот воображаемый мной свет снова напомнил мне о том, насколько сильно пересохло у меня во рту, какая эта ночь была удушающе сухой, и что всё, чего я сейчас хочу — это просто пить, пить и никогда не останавливаться…

— Это в тебе сейчас говорят черви. Не слушай их.

Но я физически не могла думать ни о чем другом, кроме этой дикой жажды — моей жажды и того самого существа, которое я мельком увидела, когда пыталась её утолить, существа, затаившегося под волнами, с тысячей всевидящих глаз… и в этот миг я отчетливо почувствовала, как Тени внутри моего уха испуганно подпрыгнули.

— Ты что, только что рассказала ему, что мы здесь? Оно в курсе?

В курсе чего? — Я принялась тереться головой о дно плота, тщетно пытаясь вытряхнуть их наружу.