Я покачала головой. Мне не хотелось этого слышать. Я ни в чем его не винила. Натаниэля — да, за то, что он был безумным и злым, но только не Ашера, его — никогда. Я бы не вернула ни единого мгновения, проведенного с ним, даже зная, что всё это приведет к такому исходу. Он был любовью всей моей жизни, пускай мне и казалось, что эта самая жизнь прямо сейчас подходит к концу.

— Я люблю тебя, — произнесла я, втайне надеясь, что эти слова скажут абсолютно обо всем.

Он убрал мокрые волосы с моего лица, его пальцы слегка запутались в прядях.

— Ты не должна умереть. Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю…

Что бы он ни сказал дальше, всё это заглушил рев вертолета, который зашел на второй круг на бреющем полете.

— Проклятье, обязательно было сыпать соль на рану, — процедил Ашер.

Вертолет завис, когда снова поравнялся с нами. Потоки воздуха от него завертели наш плот по кругу, лопасти гнали воду под собой концентрическими кольцами, а верхняя часть брезентового тента плота судорожно затрепетала под мощным давлением нисходящего потока. Дверь сбоку вертолета распахнулась, и на тросе начал спускаться мужчина. Натаниэль. Он не пошел на дно вместе с «Мараскино» или своими наемниками. Возможно, он был прав, и в этом действительно заключалась его судьба. Мышцы моего живота снова скрутило судорогой, и я закричала от боли и чувства поражения. Что бы теперь ни случилось, он уже победил.

— Если он сможет тебя спасти… — произнес Ашер, подаваясь вперед и отчаянно маша Натаниэлю рукой, зазывая его спуститься.

— Нет, — судорожно выдохнула я.

— У него есть лекарство…

— Нет! — закричала я, позволяя своей ярости оседлать очередную волну боли.

Буксировочный трос, на котором болтался Натаниэль, опускался всё ниже, и сам он раскинул руки в стороны, словно спускающийся с небес бог — вот только в руке у него был нож.

— Если ты спасешь её… — принялся истошно кричать Ашер, пытаясь перекричать оглушительный стрекот вертолетных лопастей…

И в этот самый миг я почувствовала нечто прямо под нами. Точь-в-точь как летом в бассейнах, когда твой старший брат пытается незаметно подкрасться к тебе со спины и бесцеремонно вытолкнуть из надувного кресла-шезлонга. Самый нижний слой плота ощутимо приподнялся и потерся о верхний слой прямо подо мной, отчего весь наш плот едва заметно подпрыгнул. Мои глаза округлились, и я испуганно посмотрела на Ашера, но он был слишком сильно занят своими торгами, чтобы хоть что-то почувствовать. Из воды со свистом вылетело гигантское щупальце. Оно было раза в три крупнее любого из тех червей, что я видела до этого, и намного, намного длиннее; оно взметнулось вверх, точно кобра перед броском.

— Ашер! — предупреждающе закричала я в ту самую секунду, как щупальце сделало резкий выпад, обвилось вокруг щиколотки Натаниэля и с силой потянуло его вниз.

Он был так сильно увлечен своими планами, что заметил опасность слишком поздно. Страховочная привязь удерживала его тело строго в вертикальном положении; он физически не мог нагнуться, чтобы пустить в ход свой нож. Щупальце дважды дернуло его вниз, словно рыба, пробующая наживку на поплавке, а затем резко рвануло. Вертолет ощутимо просел, накренившись на свой открытый бок, и один испуганный мужчина вылетел наружу, пока остальные едва успели удержаться. Пилоты тщетно пытались выровнять вертолет, но кабина лишь опускалась ниже, не приподняв Натаниэля ни на единый дюйм. Он панически жестикулировал, умоляя их подтянуть его наверх — я увидела, как нож блеснул в лучах солнца, когда он выронил его, напрочь позабыв про оружие, и они честно пытались сделать то, что он требовал, заваливая нос в сторону, но щупальце рвануло снова, заставив вертолет подпрыгнуть на месте.

В этом бешеном перетягивании каната между паникующими пилотами и тем, что затаилось под волнами, Натаниэль проиграл. Ему оторвало ногу. Конечность упала в океан, а кровь брызнула вниз, точно дождь. Вертолет, наконец-то освободившись от нагрузки, резко взмыл вверх и одновременно с этим полетел боком, но далеко не достаточно быстро. Из воды взметнулось второе щупальце, а за ним и третье, намертво перехватив Натаниэля за оставшуюся лодыжку и принявшись карабкаться выше по буксировочному тросу. Я отчетливо видела, как тот, кто находился внутри вертолета, в панике бросился прочь от лебедки. Натаниэль со свистом полетел вниз, точно сорвавшийся с катушки значок — его просто обрубили, отправив падать прямиком в океан.