— Я почти не вижу его, — сухо ответила Сарай, прежде чем группа успела начать допрос. Вежливо извинившись, она побрела по залу, погружённая в свои мысли, пока путь ей не преградил знакомый мужчина с мехом вина в руках.

— Добрый вечер, деревенщина. Ты выглядела бы ещё более потерянной, если бы очень постаралась. Держи. — Телмар протянул ей бокал с вином.

— Рада видеть и вас, Маг Телмар. Но я уже…

— Просто подержи. Это помогает выглядеть менее озадаченной. Видишь? Ты не одинока и не без друзей. Ты на пути к напитку.

Сарай улыбнулась, и он остался доволен.

— Ты привыкнешь к этому, — весело ухмыльнулся он, уже заметно захмелевший. — Просто куча… как это… хоб…

— Хобноббинга? — подсказала Сарай.

— Точно! — он хлопнул себя по бедру и покачнулся. Сарай, поморщившись от боли в запястье, подхватила его под локоть и осторожно отвела в сторонку, где он принялся сообщать окружающим, что именно он «открыл её миру».

К ним присоединилась Анек, воплощение огня в алом платье, с блестящими, тугими локонами.

— Боги знают, почему он всегда такой. — Они печально покачали головой. — Но всё это мероприятие — нечто особенное. Ещё неуютнее, чем Облачение.

— Подписываюсь под каждым словом, — вздохнула Сарай. — Я здесь чужая.

— Сомневаюсь, что я здесь к месту, — пожали они плечами. — Но я буду приходить, пока не стану. Они научатся делать здесь место и для меня.

Она позавидовала их уверенности.

— А я всё время думаю, что они не сделают этого.

— Мы уже прошли самое трудное. Не каждый получает приглашение на такое, только громкие имена. Кажется, Тетрарха Кадру приглашали пару лет назад, когда он был юдексом, но после первого раза он больше не появлялся.

Тревога заскреблась внутри при воспоминании о светящемся бальном зале, который она видела в видении.

— Эти конвивиумы… они всегда в башне Делран?

— Раньше они были в башне Сидран. — Сердце Сарай рухнуло. — Помещение сдавали в аренду главам гильдий и прочим для их развлечений, но практику прекратили после случая с Девушкой из Сидранской башни. — Приняв её застывшее лицо за удивление, Анек пояснила: — Похоже, в ту ночь, когда она упала, там как раз проходил приём. Никто не говорит, кто был организатором, но все присутствовавшие клялись, что не знали ту девушку.

Она едва могла говорить:

— Обычный человек может получить приглашение на конвивиум?

— Только если он очень талантлив или очень отчаян.

Я знаю, кем из них была я. Теория Йовиана о том, что её пригласили в башню Сидран, становилась всё более правдоподобной. Она сжала пустой бокал, как якорь.

Приглашение. Тайный проход в Академию, который провёл её внутрь. Вечеринка с богатейшими людьми Эдессы. Мужчина, который подсыпал ей снадобье. И шторм после того, как она упала. Но кто привёл её туда?

Шум у входа отвлёк её внимание. Обменявшись взглядами с Анек, они обе встали на цыпочки, пытаясь разглядеть, кто вызвал такой переполох. Сарай отшатнулась, как только увидела пару пронзительных глаз.

Челюсть Анек отвисла:

— Но Кассандана говорила, что он никогда не приходит.

Кадра вышел из темноты коридора, с безразличием проходя мимо любопытствующих гостей. Он в своих мантиях. И внезапно она была счастлива, что сделала то же самое.

— Посмотри-ка, — Харион возник рядом с ней с усмешкой. — Вы сочетаетесь. Правда, на нём это сидит лучше.

Она вонзила локоть ему в ребра как раз в тот момент, когда Кадра повернулся и заметил её. Мир замер на мгновение: складки у уголков его рта разгладились, широкие плечи стали менее напряжёнными. Он искал меня. Она было двинулась к нему, но сестра «Перстня» на радостях перегородила Кадре путь.

Лёд сковал грудь Сарай. Что я творю? Ненавидя себя, она свернула к Цисуре, стоявшей у колонны. — Ты в порядке?

— Ещё хуже теперь, когда он здесь, — пробормотала подруга, смерив Кадру яростным взглядом. Её глаза казались чересчур стеклянными для спокойствия Сарай.

Она выхватила бокал из её рук, удерживая его вне досягаемости, когда Цисуре потянулась обратно. — Разве позже не будет танцев? Представь, что ты отдавишь ноги самому Тетрарху Аэлиусу.

Это успокоило Цисуре. Она сползла по стене, обмахиваясь рукой. — Ну и ночка, да? Хотя не понимаю, зачем ему нужно было приходить.

— Хотела бы я, чтобы ты сказала мне, почему так ненавидишь его.

— Он — это Марус. Разве ты не видишь? — лицо Цисуре стало серьёзным. — В нём всё от него.

Всё ли? Она слишком хорошо знала тяжесть ладони Маруса и яростные вспышки его гнева. Она не нашла ничего подобного в Кадре.

На другом конце зала сестра «Перстня» одарила Кадру кокетливой улыбкой, стараясь максимально выгодно продемонстрировать декольте в его поле зрения. Лёд в животе Сарай треснул. Довольно. Она подняла голову, заставляя себя следить за реакцией Кадры. Она чуть не поперхнулась.