Несмотря на то, что я проветрила его комнату и сменила постельное белье, он все еще в ванной. После того, как я показала ему магию современной сантехники и мгновенной подачи горячей воды, он попросил ножницы. Я представляю, как он борется со своей бородой.

Мне следовало поторопиться и опередить его в ванной, но я решила, что после ста лет жизни ему душ нужен больше, чем мне в туалет.

Пока я сижу на матрасе в ожидании своей очереди в туалет, мой разум бомбардирует меня вопросами, на которые у меня нет ответов.

Это правда? Как, черт возьми, он выжил? В этом нет никакого смысла. Главный вопрос не только в том, как человек мог столько проспать, выжить и выглядеть как новенький спустя столетие. Но есть так много незначительных деталей, например, то, что за все эти годы никто не обнаружил эту комнату, какой бы крошечной она ни была. Или даже то, как постельное белье и его пижама сохранились за все эти годы. Это можно объяснить только одним.

Магия.

Я отбросила все свои мысли о том, что этого не могло случиться. За книжным шкафом действительно есть крошечная комнатка с кроватью. Что еще важнее, в моей ванной мужчина напевает песню начала века – начала прошлого века.

Наконец ручка поворачивается, и дверь распахивается. Я встаю, намереваясь заняться своими делами, но жду недостаточно долго и чуть не сталкиваюсь с ним у двери ванной.

Мужчина, который выходит, определенно не тот, кто вошел.

Карамельно-каштановые волосы Рипа только что вымыты и расчесаны. Мне никогда не нравились длинные волосы у мужчин, но на Рипе густые блестящие волосы, ниспадающие каскадом до середины спины, выглядят потрясающе. Его волевой подбородок теперь гладко выбрит. Должно быть, он нашел мою розовую бритву.

Для полноты картины на нем нет ничего, кроме полотенца, низко обернутого вокруг бедер. У меня пересыхает во рту, когда я смотрю на него. Рельефный, как стиральная доска, пресс, выделяющийся на его стройной фигуре, заставляет меня судорожно глотать воздух, когда я бормочу извинения за то, что практически сбила его с ног по пути в ванную.

Я не могу понять, что за волшебство позволило ему проспать более ста лет, поддерживать работоспособность своего тела и мышцы в тонусе без пищи и воды. Почему у него продолжали расти волосы, но не ногти? Это невероятно, но доказательство находится прямо передо мной.

Когда наши взгляды встречаются, меня охватывает прилив осознания, посылая жар по каждому нервному окончанию моего тела. Я чувствую, как мое дыхание учащается, а жар скапливается глубоко внутри, пока я с трудом сдерживаю свое возбуждение.

Он подходит ближе и нежно касается пальцами моего подбородка, посылая электрические разряды вниз по моей спине. Его пристальный взгляд притягивает меня ближе, пока пальцы моих босых ног почти не касаются холодных деревянных досок пола.

– Чего ты хочешь от меня, Роуз? – тихо спрашивает он, и в его голосе слышится теплая ласка.

Я понятия не имею, что мне следует сказать. Все, что я знаю, это то, что, что бы это ни было, я чувствую это сильнее, чем кто-либо из нас. Сильнее, чем все, что я когда-либо чувствовала раньше.

– Прости, – наконец произносит Рип, его голос все еще едва слышен.

Он дважды сильно моргает, как будто просыпается ото сна.

– Я не хотел...

За что он извиняется? За то, что он здесь? Вторгается в мою тихую, уединенную жизнь? Выглядит так чертовски аппетитно, что я буду мечтать о нем всю ночь напролет?

Он отстраняется, но его рука остается теплой на моей коже.

– Просто... у меня в голове все перепуталось с тех пор, как я последовал инструкциям на амулете. Одно можно сказать наверняка. Я так сильно стремился к чему-то, что рисковал всем, даже своей жизнью, чтобы найти это. Теперь, когда я нашел тебя...

Он качает головой, отказываясь говорить что-либо еще. Умный ход. Я не думаю, что смогла бы вынести то, что должно было произойти дальше.

Мое сердце замирает, когда я мысленно заканчиваю за него фразу. Он думает, что я его единственная настоящая любовь. Это смешно. Я выросла в секте, и когда я ушла от них, то подумала, что перестала верить в сказки.

Я ловлю себя на том, что смотрю в его блестящие голубые глаза. В этот момент я кое-что понимаю: то, что происходит, между нами, превосходит все, что мы можем описать словами или даже постичь. Это древняя энергия, нечто необъяснимое и могущественное, и она свела нас вместе, несмотря на то что само время пыталось разлучить нас.

Я неохотно отступаю назад и выдавливаю из себя смешок, делая вид, что между нами ничего не происходит. Затем я многозначительно смотрю на его обнаженную грудь.

– Завтра мы съездим в город и купим тебе какую-нибудь одежду.

– Хорошая мысль. Как только я снял пижаму, она рассыпалась в прах. Думаю, магия, которая удерживала ее целой, больше не нужна, – отвечает он с улыбкой, встречаясь со мной взглядом. – Тогда нам лучше немного отдохнуть.