Его взгляд остаётся холодным и неумолимым.

— Будь готова использовать всё, что окажется под рукой. Пистолеты, ножи, яд или собственные руки — неважно. Важно быть готовой сделать то, что необходимо. Чисто. Эффективно. Лучше всего иметь заранее продуманный план, но при этом понимать, что в любой момент всё может полететь к чертям, и ты должна быть готова к любому развитию событий и любому исходу.

Я вскидываю подбородок.

— Поняла.

Несколько мгновений он просто смотрит на меня, и по его лицу невозможно ничего понять. Затем медленно кивает, и на его губах снова появляется та самая тёмная, понимающая усмешка.

— Хорошо, — говорит он тихо, и в его голосе слышится угроза. — Твой первый урок начинается прямо сейчас.

Призрак отходит от меня и достаёт нож из заднего кармана. Подбрасывает его, лезвие вращается в воздухе, прежде чем он ловко ловит его. Я зачарованно наблюдаю, отмечая, с какой лёгкостью он обращается с оружием. Это тот самый нож, которым довел меня до оргазма.

Он с силой опускает нож на стол. Вздрагиваю от резкого звука, вырванная из воспоминаний о том, как он приказывал мне тереться киской о рукоять.

— Бери, — говорит он.

Я сомневаюсь всего секунду, прежде чем потянуться к оружию. Оно непривычно ложится в руку и оказывается тяжелее, чем я ожидала. Сжимаю слишком крепко, рука деревенеет, отчего всё выглядит еще более нелепо.

— Расслабься, — бормочет он, обходя меня со спины. Накрывает мои руки своими, а затем прижимается грудью к моей спине. — Ты не должна сдавливать его. Ты должна его контролировать.

Голос звучит низко, дыхание обжигает ухо, но, несмотря на специфику урока, в его прикосновении всё равно присутствует мягкость. Вперемешку с точностью. Он слегка смещает мои пальцы, корректируя хват, пока нож не начинает ощущаться продолжением руки, а не инородным предметом.

— У каждого оружия свое предназначение, — тихо говорит он. — Пистолеты — это быстро, обезличенно. Яд — тихо и терпеливо. Ножи… — Он толкает мою руку вперед, рассекая лезвием воздух. — Ножи — это интимно.

По спине пробегает дрожь. Он прав. Ножи — это не просто убийство. Это про близость, про то, как чувствуешь, как жизнь покидает чье-то тело в реальном времени.

Я сглатываю.

— Так какой мой первый урок?

Пальцы Призрака крепче сжимают мои.

— Как сделать всё быстро.

И тут резким движением он вырывает нож из моей руки, разворачивает меня к себе и прижимает лезвие плашмя к моему горлу. Не режет — просто предупреждает. Напоминает.

Дыхание перехватывает. Его темные, бездонные глаза прожигают меня насквозь.

— Правило пятое, Док. — Теперь его голос звучит почти как шепот. — Никогда не сомневайся.

Заставляю себя замереть, пульс колотится о прижатое к горлу лезвие. Призрак наблюдает за мной, не моргая, ожидая реакции. Вздрагивания, дрожи или малейшего признака страха.

Я не даю ему ничего.

Вместо этого прямо смотрю ему в глаза и стараюсь дышать ровно. Кожа покалывает там, где её касается холодная сталь, но я не отстраняюсь. Не могу. Потому что это не просто очередной урок.

Это еще одна проверка.

— Хорошо, — бормочет Призрак, едва шевеля губами. Он чуть поворачивает нож, ровно настолько, чтобы напомнить мне о его присутствии. — Ты не боишься.

Я не спорю. Страх есть. Он свернулся где-то глубоко в животе, словно живое существо, но это не тот страх, который заставляет меня бежать. А тот, что удерживает меня на пути к справедливости.

— Что теперь? — спрашиваю я ровным голосом.

— Теперь ты научишься, как обращать его против меня.

Он резко отступает, вкладывая нож мне в руку так быстро, что я едва успеваю осознать движение, как рукоять уже прижата к моей ладони.

— Нападай, — говорит он.

Моргаю.

— Что?

— Ты слышала. — Он указывает на себя. — Приставь нож к моему горлу. Если сможешь.

Медлю, пальцы сжимаются на рукояти.

— В реальных драках так не бывает.

Призрак склоняет голову.

— Думаешь, твои цели будут стоять на месте и ждать, пока ты нанесешь удар? — Его голос звучит насмешливо, но без жестокости. — Давай, Док. Покажи, на что способна.

Делаю вдох и бросаюсь вперед.

Бросаюсь вперёд, пытаясь сократить расстояние между нами и приставить лезвие к его горлу так же, как он сделал со мной. Но я ещё не успеваю даже приблизиться, как он без усилий отступает в сторону и перехватывает меня за запястье прямо на ходу. Резким движением он разворачивает меня и заламывает руку за спину. Моя грудь врезается в его, а нож исчезает из моей руки.

Я даже не замечаю, как он его забирает.

Мое ухо обдает порывом воздуха, когда он наклоняется ближе.

— Мертва, — шепчет он.

Вспыхивает раздражение, но я проглатываю его. Я знала, что легко не будет.

Он отпускает меня, делает шаг назад и крутит нож между пальцами, прежде чем снова протянуть его мне.

— Еще раз.