Бармен замирает, с лица мгновенно сходит краска. Картежники застывают как изваяния, переглядываясь, словно прикидывая, не пора ли дать дёру. Даже придурок со слабыми нервами, похоже, внезапно переосмысливает свои жизненные выборы.

Вот оно. То самое прекрасное, великолепное мгновение, когда накатывает страх, потому что я только что стал самой охуенной проблемой в этой комнате.

Бармен судорожно сглатывает.

— Призрак, — голос звучит еще тоньше. — Что это?

Моргаю, глядя на него как на идиота.

— Детонатор для бомбы.

— Бомбы?

Слегка покачиваю устройством между пальцами, наблюдая, как никто, блядь, даже не шевелится. Затем склоняю голову.

— Хм. Знаешь, теперь, когда я об этом думаю, я не совсем уверен, детонатор ли это. Не хочешь проверить?

Бармен явно перестает дышать, когда протягиваю руку в его сторону. Затем резко втягивает воздух, бормоча проклятие себе под нос.

— Иисусе, Призрак.

Киваю.

— Да, мне часто это говорят. Не совсем правда, но сравнение понимаю. — Вздыхаю и начинаю небрежно вертеть предмет в руках, словно оценивая качество сборки. — Слушай, я немного спешу. Дела ждут, людей убивать надо... Так что звони. Живо.

Он лихорадочно кивает, шаря в поисках телефона. В зале повисает тишина, пока я жду. Я чувствую их взгляды, тревога исходит от них как жар. Они понимают, что лучше не начинать заварушку, но с беспринципными личностями никогда не знаешь наверняка.

Спустя несколько секунд бармен кладет трубку, всё еще бледный.

— Алекс примет тебя.

Вышибала бормочет на итальянском нечто вроде «Слава богу».

Пружинящим шагом направляюсь к двери в конце зала. Мужчина, охраняющий вход, отступает, и я прохожу в дверной проем, ведущий в узкий коридор, а затем — к лестнице, ступени которой скрипят под моим весом. Наверху меня встречают двое амбалов, похожих на профессиональных бойцов ММА. Один из них молча открывает дверь, и я захожу в кабинет, после чего закрываю её за собой.

Алессандро «Алекс» Мэлоун сидит за столом, с бокалом граппы в одной руке и сигарой в другой, выглядя именно тем успешным человеком, каким и является. Его младший брат, Франко, прислонился к стене, сжав кулаки по швам, словно ожидая приказа напасть.

Алекс другой. Он не действует сгоряча. Он просчитывает. Наблюдает. Ждёт. В отличие от своего вспыльчивого брата, Алекс понимает правила игры. Пусть он и не возглавляет семью Мэлоун, по своему влиянию он ничуть не уступает тому, кто стоит во главе.

Алекс их консильери. Советник семьи Мэлоун, её стратег и человек, который решает самые грязные проблемы. Именно он следит, чтобы их империя работала без сбоев, убирает с дороги неугодных и делает всё, чтобы руки босса оставались чистыми. Не он нажимает на спусковой крючок. Он решает, когда это произойдёт. И произойдёт ли вообще.

Поэтому я здесь.

Алекс знает всех крупных игроков этого города. Именно такие люди, как он, парой слов решают, кому жить, кому умереть, а чьё имя вообще не прозвучит в разговоре. Если у кого и есть информация о человеке, который вытащил Скиннера из тюрьмы, так это у Алекса.

Не говоря уже о том, что у нас с ним своя история.

За последние пару лет Алекс не раз отправлял за мной своих людей. Ещё тогда, когда я начал вмешиваться в дела их семьи, проникать в их поставки и проходить через их охрану, словно нож сквозь масло. Не говоря уже обо всех трупах, что я после себя оставил.

Ему это никогда не нравилось.

Делаю шаг вперед, ботинки бесшумно ступают по блестящему паркету. Алекс даже не вздрагивает от моей близости. Просто делает медленный глоток, наблюдая за мной поверх края бокала, взгляд на миг задерживается на детонаторе в руке.

— Призрак, — произносит он, легкая ухмылка играет в уголках губ. — Чему обязан таким удовольствием?

Не трачу время на любезности, в которые ни один из нас не верит.

— Маркус Телфорд, — ровным тоном произношу я. — Мне нужно всё, что на него есть.

Алекс приподнимает бровь, ухмылка становится шире.

— Телфорд — скользкий тип. С чего вдруг такой интерес?

С того, что он пытался отнять у меня Женеву — мой смысл жизни.

Прищуриваюсь, делаю шаг ближе и подаюсь вперед.

— Не твое, блядь, дело.

Ухмылка исчезает, Алекс переглядывается с Франко, который беспокойно переминается с ноги на ногу.

— Телфорд в последнее время залег на дно, — говорит Алекс. — Выполняет работу для кого-то крупного, но никто не знает для кого.

Хмурюсь.

— Даже ты?

— Даже я. — Алекс пожимает плечами. — Парень параноик, поэтому очень осторожен.

— Это его не спасет, — выпрямляюсь. — Где он?

Алекс медлит, затем вздыхает, ставя бокал.

— По последним слухам, отсиживается в одной из этих новых высоток в центре. В пентхаусе. Судя по всему, наниматель хорошо платит.