Похоже, запредельная дозировка возбуждающей настойки окончательно сорвала со смотрительницы весь ее самоконтроль, и она устроила Главному лекарю такой горячий допрос с пристрастием, от которого у несчастного мужчины теперь явно не было шансов освободиться в ближайшее время.

И видимо, чтобы им не мешать, все сиделки разошлись по своим комнатам. Ни носильщиков, никого на этаже не было.

Я прикусила губу, вслушиваясь в пошлые звуки за дверью.

Выжидала, пытаясь поймать хоть какую-то последовательность и закономерность в чужих стонах, чтобы проскользнуть внутрь на самом громком фальцете.

Судя по тому, что звуки доносились приглушённо, смотрительница увела лекаря во вторую, дальнюю комнату кабинета, где стояла кушетка для осмотра больных.

Я задержала дыхание и осторожно взялась за холодную медную ручку. Размышляя сама в собой:

— Сейчас? Нет, ещё рано… Тяни!

Когда женщина за дверью окончательно потеряла контроль и перешла на оглушительный ультразвук, я резко дёрнула дверь на себя, приоткрыв её на пару сантиметров.

Звуки мгновенно наполнили коридор. Я густо покраснела, чувствуя, как горят щёки, но тут же мысленно прикрикнула на себя: всё это ради спасения, потерпи!

Убедившись, что увлечённые друг другом любовники ничего не услышали, я прислушалась снова.

Голос смотрительницы стал заметно тише, зато теперь уже сам лекарь хрипло командовал:

— Глубже! Ещё!

Поняв, что им точно не до меня, я шире распахнула дверь и тенью скользнула внутрь кабинета.

На полусогнутых ногах, едва дыша, я практически поползла к рабочему столу. Мне повезло — уходя вглубь кабинета, они оставили на столе зажжённый магический светильник.

Дрожащими пальцами я аккуратно выдвинула один ящик, за ним второй — ничего. Вернее, там лежали какие-то личные дела, склянки с микстурами, бланки отчётов, но ничего даже отдалённо похожего на ключ от драконьего ошейника.

Проклятье!

Ничего не найдя в столе, я метнулась к ближайшему высокому стеллажу с медицинскими книгами и коробочками. Босые ступни неприятно холодил пол, пока я рылась там.

Прошло, наверное, минут десять или пятнадцать. Стоны в соседней комнате опять начали оглушительно нарастать — похоже, любовники пошли на второй круг. И вдруг всё резко, в одну секунду прекратилось.

В кабинете неожиданно повисла странная тишина.

Я в панике замерла на месте, вжавшись спиной в стеллаж и задержав дыхание.

Из глубины комнат раздался щелчок переговорного магического артефакта и торопливый, заикающийся голос Главного лекаря:

— Слушаю вас, господин Пуарье... Что?! Уже в пути?! Слушаюсь! Всё сделаю, всенепременно!

Связь оборвалась, и тут же лекарь сорвался на истеричный, панический крик, обращаясь к старшей по третьему этажу:

— Да слезай ты с меня, дура, живее! Позвонил хозяин! Сказал, что к нашему особому больному уже едет невеста! Будет в Лечебнице с минуты на минуту! И больной ни в коем случае не должен покинуть эти стены живым! Хозяин приказал — он должен умереть прямо у неё на руках! Да слезь же ты поскорей, и предупреди охрану, чтобы открыли ей дверь.

Когда я услышала, что канцлера собираются хладнокровно убить, я прижала ладонь к губам, чтобы не закричать от шока и ужаса.

Голова соображала туго, но одно я понимала ясно — надо срочно, сию же секунду предупредить дракона! Постараться выкатить его массивную кровать из палаты и попытаться где-нибудь спрятать, чтобы выиграть хотя бы немного времени для него. Пока за ним не приедет его невеста.

Насколько я помнила из разговоров, та хотела лишь приворожить его к себе, подчинить своей воле, а не убивать! Её нагло обманывали за её же спиной за ее деньги.

Бросив бесполезные поиски ключа, я побежала к выходу. Но стоило мне в панике выскочить из кабинета в коридор, как я с размаху врезалась в чью-то широкую мужскую грудь.

— Так это с тобой тут так сладко развлекался наш лекарь? — с довольной, сальной ухмылкой произнёс Маркус.

Его тяжёлые ладони мгновенно сомкнулись на моей талии, намертво сжимая меня в кольцо своих крепких рук.

— И зачем только строила из себя недотрогу, а, Эмма? Мы бы с тобой тоже знатно бы развлеклись. Хочешь, прямо сейчас докажу, что я ничем не хуже этого старика?

Я была в абсолютном отчаянии.

Встреча с этим озабоченным носильщиком мне сейчас была не к чему!

Тем временем из кабинета лекаря уже доносилась торопливая возня, шуршание одежды, и я отчётливо понимала, что времени на разговоры и уговоры у меня нет — на кону стояла драконья жизнь.

Не раздумывая ни секунды, я покрепче перехватила Маркуса за предплечья и со всей силы, вложив всю свою ярость и страх, ударила его коленом прямо в пах.

— Ах ты ж су…! — дико зарычал Маркус, мгновенно выпустив меня из захвата.

Он согнулся пополам, хватаясь руками за ушибленное место, а его лицо сделалось землисто-серым от боли.

— Я тебе… я тебе ещё отомщу, тварь! — прохрипел он, едва дыша.