Галантный жест, которым Цилиндр указывает мне путь, не должен вводить в заблуждение, и мне не следовало бы оставаться такой спокойной, когда я ступаю в скрытый коридор. Я не боюсь его, ведь знаю, что могу предложить нечто бесценное, даже если он считает это всего лишь чем-то несущественным — моим телом.

Панель с глухим стуком закрывается на месте, и когда мужчина остается на своем месте, я поворачиваюсь к нему лицом.

— Обычно я проверяю наличие оружия, — говорит он, приближаясь ко мне. Запах у него чистый и свежий, в нём нет ни медовухи, ни пота. — Вы понимаете, что для женщин это правило не имеет исключений.

Его руки обвивают мою талию и поднимаются вверх, пока он не добирается до моих подмышек. Затем он наклоняется очень близко, чтобы обойти меня сзади и ощупать плечи.

— Пока ничего, — говорит он соблазнительным тоном. — Но давайте посмотрим, что у нас здесь.

На мне нет красной фетровой куртки, только белая блузка с пуговицами до самого горла. Он не спешит с застежками, постепенно обнажая мой топ.

Раздвигая две половинки блузки, Цилиндр поднимает кружево и смотрит на мои обнаженные груди.

— Пока оружия нет. Но мы должны быть уверены.

Его пальцы касаются того, что трогал только Мерк, и я не могу сдержать гримасу.

Смех пробегает по его груди.

— А ты что думала, когда вносила своё предложение?

Я отталкиваю его руки и поправляю топ.

— Ты же ищешь оружие, не забывай.

Наступает пауза.

— Именно. — Он садится на пол. — Расставь ноги. Пожалуйста.

Когда я это делаю, он становится на колени передо мной и запускает руки под красное фетровое покрытие. Я сосредотачиваюсь на панели и дышу ровно, пока Цилиндр ведёт руками по моим щиколоткам, икрам, коленям. Он поднимается до бедер, прежде чем вернуться к полу и повторить восхождение. По внутренней стороне моих ног.

Он доходит до моей промежности и задерживает там руку.

— О, смотри. Я что-то нашёл.

Когда я молчу, он хмурится.

— Если у тебя есть просьба ко мне, тебе следует предоставить мне нечто, достойное этого запроса.

— Мое тело — не то, что я предлагаю.

Рука между моими бедрами отстраняется, и он выпрямляется во весь рост.

— Я не из тех мужчин, с кем стоит играть, — говорит он низким мрачным голосом.

— У меня есть нечто другое, что тебе нужно, нечто гораздо более ценное, чем то, что ты можешь легко найти в другом месте. С женщиной, которая проявляет к тебе интерес и желание.

Наступает пауза. Затем Цилиндр топает ногой по полу, и рядом со мной открывается другая панель.

Схватив меня за затылок, он почти забрасывает меня в чёрную дыру на противоположной стороне. Я спотыкаюсь, но ловлю равновесие, и когда мои глаза привыкают к темноте, становится очевидно, что это его личные покои.

С ещё одним ударом ботинка он запирает нас внутри и направляется к боковому столу, на котором стоят хрустальные графины и тонкие стаканы.

— Не желаешь выпить? — протягивает он. Затем бросает взгляд через плечо. — Перед тем как перейти к делу?

В центре помещения находится платформа для сна, а мягкие наручники, свисающие с изголовья, сверкают в свете фонарей, которые мерцают с различных точек крепления. На дальней стене шкаф плотно заперт, но на его верхней части покоится ряд цилиндров, а рядом на свободном колесе установлена коллекция мечей.

— Нет? — говорит он, наливая себе виски и опрокидывая порцию одним глотком. — Как это по-женски.

Цилиндр оставляет свой бокал и медленно подходит ко мне, как кошка к мыши. Когда он останавливается, его пальцы касаются моей обнаженной ключицы, ведут по ней из стороны в сторону.

Он продолжает спускаться по кружеву к моей груди, и я выпрямляю спину и говорю:

— Если ты думаешь, что сможешь пристыдить или запугать меня очередным прикосновением, ты ошибаешься. Я не такая.

Из него вырывается тихий смешок.

— Здесь я могу делать с тобой всё, что захочу. Никто не услышит твои крики.

— Ты не производишь впечатление человека, который считает терпение комплиментом. А если ты убьешь меня, то никогда не узнаешь, что я могу предложить, и упустишь единственно важную информацию, которой может обладать человек вроде тебя.

Он касается кожи между моими грудями, прямо у сердца.

— У тебя завышенная самооценка.

— Нет. Я точно знаю, что могу предложить.

Пока он оценивает меня, я продолжаю смотреть на бриллиант на его галстуке, и в последующей тишине я вспоминаю, сколько раз я убегала от людей в своей деревне. Сейчас я не бегу… и не прячусь. И с этой частью себя, пробуждённой внутри, я не верю, что когда-либо снова побегу. От кого бы то ни было.

Его палец продолжает спускаться вниз, к поясу красной юбки.

— Скажи мне, как тебя зовут?

— Соррель.

— Ты можешь звать меня Тэйл. — Он опускает руку к своему боку. — Мне любопытно, за какую услугу ты готова рискнуть своей жизнью?