– Мне нужна дискета твоего отца, Элиаса Гроссвенора с новейшими исследованиями потенциала сигила.

– Откуда тебе о ней известно?

– Я не разглашаю свои источники, – ответила я, хотя понимала, что для такого умного парня не составит труда догадаться, что информацию слил мне Маккензи, правда, со своим умыслом.

– Я дам тебе дискету в обмен на одну услугу, – Арчи сцепил руки замком.

Очки он все так же не надевал, и мне подумалось, что он зачем-то носит их специально, чтобы намеренно скорректировать внешность не в лучшую сторону.

Мне действительно стало по-настоящему любопытно.

– Какую услугу?

И Арчибальд Гроссвенор сказал, какую.

Я усмехнулась и покачала головой.

– Я могла бы подумать о чем угодно, но только не об этом.

– Так ты согласна или нет?

– Согласна.

И уж чего я никак не ожидала, что Арчибальд Гроссвенор протянет мне руку без перчатки, и мы обменяемся довольно крепким рукопожатием, скрепляя наше соглашение.

При этом вид у Гроссвенора снова сделается какой-то странный.

– Я отдам тебе дискету в ближайшее время. Но учти, что информация на ней строго секретна и разглашению не принадлежит. Если мой отец узнает, что она попала в третьи руки, он будет очень и очень недоволен. А главу рода Гроссвенор лучше не злить. Когда придет время, ты выполнишь свою часть сделки.

Утвердительно кивнув, я покинула библиотеку, в душе ликуя.

Пусть я проиграла на шахматной доске, но главную партию сегодня выиграла!

А цена, которую придется за это заплатить – не так уж она и велика…

***

Замах меча.

Резкое отступление.

Разворот шеста.

Смена стойки и снова атака!

Удар!

Лязг меча о шест.

Казалось бы, сталь должна перебить дерево.

Но этот деревянный шест в руках Игнацио Абатора – его избранное оружие, питающееся его стихией земли.

Потому преломить дерево не так уж и просто.

Даже мечом, избранным оружием Рафаэля Эдерли, который тот сжимает в руках.

Комиссар, который ведет в Арквилле аж три предмета – армологию, физическую подготовку и боевые искусства, постоянно устраивает поединки между универсантами. Я бы даже сказала, стравливает их между собой. Особенно тех, у кого уже есть свое избранное оружие.

И вот сейчас в центре оружейной комнаты сражаются Рафаэль Эдерли и «святоша» Игнацио Абатор.

Очень интенсивно сражаются – и не скажешь, что бой тренировочный.

Эти двое как будто ненавидят друг друга. А Рейну наплевать – стоя за красной чертой, обозначающей границы боевой зоны, прямой и идеальный в своей черной с иголочки форме он хладнокровно наблюдает, как его верный пес бьется с наследником великого рода Абатор.

Последний, разумеется, выпендрился – на Игнацио широкие кипенно-белые шаровары, которые подчеркивают его смуглую кожу, а свой накачанный торс с рядами кубиков и болтающейся на нем на шнурке звездой (символом пяти Владык), он обнажил и обмазал маслом, чтоб блестел.

Не такой великолепный торс, какой я видела у Рейна, разумеется, но весьма и весьма достойный.

Вот и другие девчонки, которые присутствуют в числе зрителей, сидя на лавках по стенам комнаты, тоже оценили фигуру «святоши». Как наследницы, так и отстойницы ловят каждое движение Абатора.

«Святоша» намерено красуется перед ними, прямо напоказ – ослепительно улыбается, трясет своими блестящими кудрями-пружинками, черными, как смоль, и постоянно встает в позы, чтоб выгоднее было видно его мышцы.

Вообще-то, Абатор и правда красив в этих своих белых шароварах и с шестом, которым так мастерски управляется.

В отличие от святоши верный пес Рейна Фрейтора – воплощение простоты и я бы даже сказала, аскетизма.

На нем темные брюки, серая водолазка с горлом, под которой играют мышцы, и ни тени улыбки, одна сплошная сосредоточенность.

Видно, что Эдерли напряжен из-за того, что за поединком наблюдает его патрон и как сильно он не хочет ошибиться под внимательным взглядом Фрейтора.

У Рафаэля Эдерли короткие темно-каштановые волосы, карие глаза и запоминающееся лицо – угловатое, хмурое, а пересекающий глаз парня шрам только добавляет ему мрачности. С одной стороны, его нельзя назвать красивым, но с другой в нем есть какой-то привлекательный угрюмый магнетизм.

Который, между прочим, остается совершенно незамеченным остальными девушками. Они в восторге смотрят только на блестящий от масла торс и роскошные кудри Игнацио, а Эдерли им по барабану.

Хотя это, наверное, и понятно, Абатор – наследник великой династии, а Эдерли из простого небогатого рода, да и резерв у него не такой уж и запредельный.