Услышав мои шаги, Фогель поднимает голову и вздыхает. Его лицо, обычно безмятежное, сейчас выражает искреннее сожаление.

Слухи в замке генерала, похоже, распространяются быстрее лесного пожара.

— Госпожа София…

Он оглядывается по сторонам, словно боясь, что нас подслушивают, и переходит на сдавленный шепот:

— Ох, госпожа, как же это… Как же вы выдержите плети на площади? Я видел, как генерал тренируется с кнутом во дворе. У него такая тяжелая рука! Это же верная погибель для нежной женщины!

— Успокойтесь, мистер Фогель, — я мягко касаюсь его плеча. — Никто не будет меня пороть. Деймон не садист. Мы договорились обойтись без древних варварских обычаев. Меня просто отправляют в ссылку.

Фогель шумно выдыхает, стягивает с носа очки и вытирает рукавом испарину со лба.

— Хвала Светлым богам! — бормочет он. — И куда же вас отправляют, госпожа? В монастырь Девичьих слез? Или в северную крепость генерала?

— В Гнилую Падь, — спокойно отвечаю я, направляясь к ближайшему стеллажу. — В старое поместье моего отца.

Архивариус хмурится, явно пытаясь вспомнить, где находится это дивное место, но потом машет рукой, видимо, решив, что любая глушь лучше городской площади.

— Я пришла не за утешением, Фогель. Мне нужны книги. Много книг. Муж позволил забрать из замка все, что я пожелаю, и я начинаю отсюда.

— Конечно, госпожа! — он тут же оживляется, привычным жестом водружая очки обратно на нос. — Чего изволите? Я только вчера получил новые сборники любовной лирики из столицы, а еще есть замечательный роман о рыцаре и…

— Никакой лирики, — отрезаю я, проводя пальцем по корешкам книг. — Мне нужны знания, а не сказки. Мне бы получше изучить географию Империи и свод законов не помешает. Но, чтобы там обязательно было о землевладении и налогах.

Брови библиотекаря медленно ползут вверх.

— Законы? Географию? — переспрашивает он с таким ужасом, словно я попросила трактат по некромантии.

— Да, и побыстрее, пожалуйста. Скоро сюда может явиться новая истинная Деймона, а мне совсем не хочется ее видеть.

— Сию минуту, госпожа!

Он семенит к дальним стеллажам, а я продолжаю двигаться вдоль полок, выхватывая взглядом названия.

— Еще мне нужна ботаника! — кричу я ему в спину. — И травоведение! Обязательно справочники по местным растениям, с иллюстрациями, где расписано, что ядовито, а что можно есть.

— Несу, госпожа София! — доносится из глубины зала пыхтение Фогеля.

— И животноводство! — меня охватывает настоящий азарт. Я чувствую себя студентом перед сессией. — Основы агрономии, как ухаживать за почвой, посевные календари!

Я сворачиваю в следующий проход и натыкаюсь на секцию с медицинскими трактатами.

То, что нужно.

У этого тела есть слабенький, почти неразвитый дар исцеления.

В прошлой жизни я, как физиотерапевт, неплохо разбиралась в медицине, но магия — это совершенно другой уровень. Если мой путь лежит в глушь, придется стать лекарем и для себя, и для своих будущих работников.

— Мистер Фогель! Добавьте анатомию и справочники по болезням! — командую я, вытаскивая с полки пухлый том в потрескавшейся кожаной обложке.

Когда библиотекарь возвращается, он с трудом удерживает в руках высоченную стопку фолиантов. Его глаза из-за очков смотрят на меня с откровенным изумлением. Кажется, он начинает сомневаться в моем душевном здоровье.

— Это… все, госпожа? — кряхтит он, опуская гору знаний на стол.

Я оглядываю добычу.

Основательная подборка… Но чего-то не хватает.

Прохожусь вдоль полок с эзотерикой и магическими теориями. Вытягиваю пару тонких книг по основам бытовой магии и простейшим артефактам.

Пригодится. Кидаю их поверх стопки.

— Теперь все, — удовлетворенно киваю я. — Спасибо, Фогель. Вы очень мне помогли.

— Госпожа, вы уверены, что вам нужны именно эти книги? Они очень тяжелые. И сложные.

— Уверена. Переместите их в мои покои, пожалуйста.

Мне известно из воспоминаний Софии, что Фогель, как и многие служащие замка, владеет простейшей бытовой магией.

Он кивает, бормочет короткое заклинание и делает пасс рукой.

Я впервые наблюдаю волшебство вот так, вживую, а не на экране телевизора.

Задерживаю дыхание даже, когда стопка тяжеленных книг, окутавшись легким голубоватым сиянием, плавно отрывается от стола и плывет по воздуху в сторону дверей.

Глава 3

Зимой темнеет рано, этот мир — не исключение.

Проходит всего несколько часов, и на замок опускается ночь.

Но сундуки уже собраны, перевязаны ремнями и выстроены в ряд у дверей, словно солдаты перед марш-броском.

Я отпускаю вымотанную, клюющую носом Милли спать, а сама остаюсь в одиночестве.

Сон не идет. Слишком много впечатлений для одного дня.

Новое, пышное тело, которое то и дело отзывается непривычной тяжестью в груди и легкой тянущей болью внизу живота.