Марго бросает на меня полный яда взгляд, резко разворачивается и, цокая каблуками, направляется к выходу.

Двери с глухим стуком закрываются за ее спиной, оставляя нас наедине.

Только я, мрачный дракон и треск поленьев в камине.

1.2

Тишина в кабинете становится плотной, почти осязаемой. Деймон медленно опускает руки, заложенные за спину, и делает несколько шагов в мою сторону.

Он двигается плавно, как крупный хищник, не сводя с меня тяжелого, изучающего взгляда.

Словно видит впервые.

Я знаю, чего он ждет.

Память прежней Софии подсказывает, что последние несколько дней она только и делала, что рыдала, цеплялась за его камзол, умоляла поверить и клялась в любви.

Она была сломлена, раздавлена угасающей меткой и внезапным появлением "истинной" сестры.

Но я — не она.

Я расправляю плечи, чуть вздергиваю подбородок и смотрю ему прямо в глаза.

Спокойно. Без вызова, но и без тени страха.

Деймон останавливается в паре шагов от меня. Его темные брови чуть сходятся на переносице. В синих глазах мелькает тень удивления.

— Ты не плачешь, — констатирует он низким, ровным голосом.

— У слез есть лимит, Деймон, — отвечаю я ровно, удивляясь тому, как уверенно звучит мой новый голос — глубокий, с приятной хрипотцой. — Я поплакала. Достаточно.

Дракон хмурится еще сильнее. Его мощная челюсть напрягается.

— Твоя метка исчезла, София. Полностью. А у Марго она сияет так, что слепит глаза, — он чеканит каждое слово, словно вбивает гвозди. — Три года ты водила меня за нос. Использовала артефакты? Древнюю магию? Зелья? Я хочу знать, как тебе удалось обмануть нюх дракона.

Я не отвожу взгляд.

Отрицать очевидное глупо — метки на моем запястье действительно больше нет. Но и признаваться в том, чего не делала, я не собираюсь.

Тем более, что у меня есть стойкое подозрение: это Марго вытянула из Софии магию вместе с жизнью.

— Я не знаю, куда делась метка, — говорю совершенно искренне. — И я не использовала магию, чтобы обмануть тебя. Но понимаю, что ты мне не поверишь. Факты против меня.

Деймон тяжело вздыхает и проводит рукой по темным волосам. В его движениях сквозит усталость.

— Твоя мачеха, Бренда, настаивает на строгом соблюдении древних законов, — произносит он, и в его голосе появляется холод. — По обычаям моего народа, женщину, обманувшую дракона и лишившую его трех лет жизни без наследников, следует публично выпороть на городской площади. Это позор, который не смыть.

Я мысленно присвистываю.

Вот это семейка!

Мачеха жаждет крови, сестрица — мужа. Идеальный серпентарий.

Но я слушаю его молча, не дрогнув ни единым мускулом на лице, хотя внутри всё кипит от возмущения.

1.3

— Я не мясник, София, — продолжает Деймон, внимательно следя за моей реакцией. — И не стану лупить женщину на потеху толпе. Мы обойдемся без варварства. Я оформлю развод, и ты отправишься в ссылку. После того, как правда вскроется, ни один приличный человек в Империи не возьмет тебя в жены. Твоя репутация уничтожена.

Развод? Ссылка?

Я едва сдерживаю облегченный вздох. Да это же просто праздник какой-то!

Никаких публичных порок, никаких попыток заставить меня делить ложе с чужим мужиком, который роняет слюни на мою сводную сестру.

Свобода!

— Я принимаю твое решение, — киваю, грустно вздохнув. — Куда именно меня сошлют?

Деймон слегка опешивает.

Видимо, моя деловитость ломает все его шаблоны.

Я быстро перебираю воспоминания Софии. Старая отцовская ферма в Гнилой Пади.

То еще названьеце…

Да, она заброшена уже десять лет, но это моя земля. Моя собственность, до которой эти змеи не успели добраться.

— Я полагаю, старое поместье моего отца в Гнилой Пади вполне подойдет для изгнанницы? — аккуратно подбрасываю идею, глядя на него с легкой печалью. — Там достаточно глухо, чтобы я не мозолила глаза ни тебе, ни твоей новой… Истинной.

Дракон молчит несколько секунд, переваривая мои слова.

Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, потом опускается на пышную грудь, обтянутую плотным зеленым шелком платья.

В его глазах мелькает что-то странное, похожее на сожаление, но он быстро берет себя в руки.

— Да. Ферма подойдет, — сухо кивает он. — Я распоряжусь, чтобы тебе подготовили карету. Завтра утром будут готовы документы о разводе, подпишешь и можешь ехать. И… — он делает паузу, словно ему трудно произносить следующие слова. — Я дам тебе отступные. Достаточно золота, чтобы ни в чем не нуждалась первое время. И ты можешь взять из замка всё, что пожелаешь. Личные вещи, украшения, книги…

— Это очень щедро с твоей стороны, Деймон. Благодарю, — не даю ему договорить.

Пусть думает, что мне сложно все это слышать и надо срочно поплакать.

Я разворачиваюсь и направляюсь к выходу, чувствуя спиной его тяжелый взгляд.