Он ждал истерик, проклятий, мольбы о пощаде. А получил женщину, которая уходит сама, забирая с собой остатки гордости.

И, возможно, половину его библиотеки, если смогу найти достаточно вместительные сундуки.

--

Дорогие читатели, добро пожаловать в новую историю!

Это третья книги цикла, сюжетно не связанных историй, но объединенных одной темой. А еще, у нас тут попаданки - Вера, Надя и Люба. Про Веру уже история завершена, про Надю еще пишем, и вот пришла очередь Любы.

Я рада видеть вас, мои дорогие читатели! Располагайтесь поудобнее, и начнем путешествие в новый мир.

Добавляйте книгу в библиотеку, зажигайте для нее звезду - я буду очень благодарна за поддержку❤️‍

1.4

Я берусь за ручку в виде драконьей головы и тяну на себя.

В коридоре прохладнее, чем в кабинете, но зато дышится здесь куда легче.

Едва делаю шаг за порог, как едва не сталкиваюсь с Марго.

Она стоит, прислонившись к стене всего в метре от двери, и нервно теребит складки своего вызывающе-красного платья.

Подслушивала. Кто бы сомневался.

Увидев меня, она мгновенно выпрямляется. Ее лицо искажается в злорадной, торжествующей ухмылке.

— Ну что, получила свое? — шипит сестрица, подходя ближе.

От нее разит тяжелыми, приторными духами, от которых у меня начинает першить в горле. В переполненной маршрутке в жару ее бы за такой выбор парфюма убили.

— Демоны, как же я долго этого ждала! Наконец-то убираешься туда, где тебе самое место.

Я скрещиваю руки на груди и оглядываю девицу с головы до ног. Потом обратно.

Худая, угловатая, с этой вечной завистью в глазах. Она получила мужчину, богатство, статус, но почему-то все равно выглядит так, словно съела килограмм недозрелых лимонов.

— Надеюсь, в Гнилой Пади достаточно навоза, чтобы такая необъятная корова, как ты, чувствовала себя как дома! — Марго выплевывает эти слова мне в лицо, наслаждаясь своей безнаказанностью. — Сгниешь там среди свиней, София. И никто о тебе даже не вспомнит.

Я даже не пытаюсь пасть до ее уровня — не повышаю голос и не берусь оскорблять. Просто смотрю на нее сверху вниз — благо, рост позволяет — и снисходительно улыбаюсь.

— Знаешь, Марго, — произношу мягко, почти ласково, — навоз — это отличное удобрение. На нем все прекрасно растет и цветет. А вот на злорадстве и ядовитости не вырастишь ничего, кроме букета неприятных болячек.

Она моргает, явно не ожидая от "забитой клуши" философских отповедей.

— Береги Деймона, сестрица, — продолжаю я. — И свою новую метку заодно. Истинная связь — штука тонкая. Говорят, если она фальшивая, то со временем начинает жрать свою хозяйку изнутри. А ты и так… не в лучшей форме. Смотри, как бы не иссохла совсем от большой любви.

Я замечаю, как краска понемногу отливает от ее лица.

Курносый нос белеет, в карих глазах вспыхивает неподдельный страх. Похоже, я попала в самую точку. Она знает, что натворила, и мои слова ударили по самому больному месту — ее паранойе.

Марго давится воздухом, судорожно сжимая кулаки, но не может выдавить ни звука.

Я небрежно поправляю поясок на своем платье, отворачиваюсь и уверенным шагом направляюсь по коридору в сторону покоев.

Спину держу прямо, подбородок вздернут.

Впереди у меня много работы.

Нужно собрать вещи, вытрясти из драконьей библиотеки самые ценные книги и приготовиться к новой жизни.

Жизни, в которой не будет интриг, фальшивых истинностей и чужих мужей.

Только я, моя земля и свобода.

И пусть весь этот драконий серпентарий горит синим пламенем.

Глава 2

Вернувшись к себе, я плотно закрываю дверь и щелкаю замком. Чтоб никаких незваных гостей мне на голову случайно не свалилось.

Но даже перевести дух не успеваю, как из гардеробной вылетает Милли.

Память сразу подбрасывает информацию — это моя личная горничная, совсем еще девчонка, лет восемнадцати от роду. Лицо заплаканное, глаза красные, чепчик сбился набок.

— Госпожа! — всхлипывает она, заламывая руки, и бросается ко мне. — Сплетни… слуги болтают! Неужели правда? Генерал… развод? Ох, за что же вам такая несправедливость, госпожа София! Вы же так его любите! А эта мымра белобрысая…

Она готова рухнуть мне в ноги и разрыдаться в голос.

— Отставить истерику, Милли, — осаждаю я, удерживая ее за плечи. — Слезами горю не поможешь, да и горя-то никакого нет.

Девушка замирает, хлопая мокрыми ресницами.

Мой спокойный, уверенный тон сбивает ее с толку. Прежняя София наверняка рыдала бы с ней на пару, уткнувшись в шелковую подушку.

— Но как же… два десятка плетей на площади… — лепечет она.

— Это отменяется.

— Тогда ссылка же…

— Не ссылка, а переезд, — поправляю я, отпуская ее плечи. — Мы уезжаем в мое родовое поместье. И у нас мало времени. Вытирай слезы, открывай сундуки. Мы пакуем вещи.

Милли, еще раз хлюпнув носом, кидается обратно в гардеробную.