— Не могу сказать. — Джек снова лезет в свою сумку и достает листок бумаги, вырванный из одной из бухгалтерских книг Джорджа Элгина. — Вот что мне нужно. Вы сможете купить все в местом магазине, кроме портативных кондиционеров. Они должны работать от аккумуляторов, и мне понадобятся запасные аккумуляторы, потому что не думаю, что у нас будет возможность их перезарядить. Кондиционеры, полагаю, вам придется заказывать на «Амазоне», и они влетят в копеечку. Если за доставку в день заказа потребуется доплата, воспользуйтесь кредитной картой, а потом покройте расходы отсюда. — Он кивает на кучу денег. — Здесь больше двадцати тысяч долларов. Слава Богу, они не превратились в фантики, когда я перешел сюда. Сейчас граница изменяет гораздо меньше вещей, чем в моем детстве. Думаю, это как-то связано со мной, с тех пор как…

С тех пор, как я прикоснулся к Талисману.

— С тех пор как что? — спрашивает Дэймон.

— Неважно.

— Потому что… — Дэймон смотрит на свою жену, и они произносят это дуэтом. — Мы все равно не поверим?

Джек невольно улыбается.

— Знаете, я не сумасшедший.

— Ты можешь поспать в гостевой комнате, — говорит Дэймон, а затем прибегает к старой банальности, поскольку это единственное, что приходит ему в голову. — Утро вечера мудренее.

Джек уже чувствует первые и пока слабые пропуски пульса — аритмия никуда не ушла,

(спасибо гребаному тазеру)

— и качает головой.

— Я бы с радостью, но мне нужно возвращаться. Портативные кондиционеры — это самое важное, если предположить, что они не изменят…

— Изменят что? — спрашивает Дэймон. — Изменят как?

— Времени нет. Пожалуйста, ребята. Пожалуйста, закупите все это барахло. Мне предстоит большая работа. Я не хочу ее делать, но она важна, и у меня нет выбора.

Дэймон и Хелен снова обмениваются взглядами, и Хелен едва заметно кивает.

— Ладно, — говорит Дэймон.

— Ты клянешься, что у нас из-за этого не будет неприятностей? — спрашивает Хелен.

— Клянусь. — Джек смотрит ей прямо в глаза.

— Дейл действительно мертв?

— Да. Можно мне воспользоваться вашей ванной?

— По коридору, — говорит Хелен. — Направо.

— Спасибо. — Джек встает, покачивается, упирается ладонями в стол, затем выпрямляется. — Я бы рассказал вам больше, если бы мог. Когда-нибудь расскажу. — «Если останусь в живых», — добавляет он про себя.

Он идет по коридору, заходит в ванную, закрывает дверь. Они слышат щелчок замка.

Дэймон смотрит на набросанный от руки список, затем на жену:

— Плотная упаковочная ткань? Два плотницких уровня?

— Он в своем уме, Дэй?

— Он устал и изможден, но, думаю, да. Дейл рассказал мне достаточно, чтобы я понял: он… особый случай.

— Куда он девается, когда не сидит у Дейла, попивая пиво и уплетая ребрышки?

— Не знаю.

Какое-то время они смотрят телевизор, где разные корреспонденты пережевывают слухи и строят предположения; работа кабельных новостей, похоже, заключается в том, чтобы крошить информацию на мелкие кусочки, как сиделки измельчают еду для стариков. Проходит пять минут, затем десять, а Джек все не возвращается.

— Проверь его, — говорит Хелен, все еще шепотом. — Он мог отключиться.

Дэймон идет по коридору, прислушивается — ничего не слышно. Тихонько стучит в дверь:

— Джек? У тебя все хорошо?

Тишина.

Дэймон стучит громче:

— Джек! Что происходит?

Тишина.

Хелен присоединяется к мужу и кричит:

— Джек! Ты в порядке? — Когда ответа по-прежнему не следует, она поворачивается к мужу. — Может, вызвать службу спасения?

— После того, что он нам рассказал, и вывалил кучу налички на стол? Не думаю. — Дверь оказывается незапертой. Ванная комната пуста. Над раковиной есть окно с матовым стеклом, но защелка на нем не открыта. Перед уходом Джек подышал на зеркало, и они могут прочесть три слова: «СПАСИБО Я ВЕРНУСЬ».

Хелен Корнелл садится на закрытую крышку унитаза и с расстановкой произносит:

— Какого хера?

9

В ванной комнате Корнеллов Джек закрывает глаза и концентрируется не на кабинете Янгблада, а на балконе дома, который он делил (как оказалось, временно и очень недолго) с Софи. Теперь и жены, и дома, где они жили, больше нет, но балкон все еще на месте. Пока он находится между мирами, он чувствует притяжение Прорвы, но не слишком сильное. По крайней мере, не сейчас и не на таком расстоянии. А затем он возвращается.

Сегодня я сделал все, что мог.

Он ложится, смотрит вверх на Старую Мать, горящую в небе, как всегда горела в Срединном Мире, и думает (как учила его мать): «Звезда блеснула в вышине, пусть то, что жду, придет ко мне».

На середине считалочки Странник Джек погружается в глубокий сон. Ему снится просевшая равнина под луной с лицом черепа. Раздается низкий, мощный звук разрываемой ткани. Это Прорва, она раскрывается все шире и разрастается в длину. Готовится расстегнуть этот мир, словно молнию.

Глава 25

1