— Нет, я… — я резко выдохнула через нос, подбирая следующие слова. — Я хочу освободиться от множества вещей. Но я не уверена, что это возможно, разве что я растворюсь в пустоте. Сложно вырвать себя из жизни, которой жила так долго. Нужно время на то, чтобы выкорчевать сорняки с корнем.

Он кивнул и посмотрел вдаль. Кажется, идея его позабавила.

— Тогда сбеги со мной, — наконец сказал он.

Я рассмеялась. Возможно, не стоило этого делать.

— Это такая глупая идея? — поддразнил он.

— Может быть, — я сжала его руку, — однажды.

— Почему не сегодня?

Я покачала головой и положила ее ему на плечо.

— Спроси в другой раз и может, ответ будет в твою пользу.

— Аркаша? — раздался голос позади нас.

Аркадий выгнул шею, чтобы посмотреть назад, и его лицо прояснилось.

— Костя! Какая удача, что мы тебя встретили, — рассмеялся он и протянул руку, позволяя другу помочь ему подняться.

Я встала, чтобы его поприветствовать. Как и мы, Костя был со своей парой. Блондинка с коляской, думаю, его жена, скромно стояла рядом, улыбаясь. Она устало кивнула нам с Аркадием. Она покачивала накрытую коляску вперед и назад.

— Можно? — шепотом спросила я, пока наши мужья обменивались суровыми приветствиями.

— Да, конечно, она поела и спит, — ответила женщина, поднимая полог коляски.

Крохотный розовощекий ребенок громко посапывал под хлопковым одеялком.

— Какая прелесть, — улыбнулась я, глядя на маленький сверток в пеленках. Неважно, что это было нормально для детей, всегда было сложно поверить в то, что они бывали настолько маленькими. Хрупкими, пухлыми созданиями, которые каким-то образом умудрялись научиться самостоятельно есть и говорить. — О, где мои манеры? Петронилла Каменева, — я протянула ей свою карточку.

— Эмили Безкоровайный, — она дала свою в ответ. — Я столько всего о вас слышала. Константин рассказывает мне о делах своего ближайшего друга. Думаю, он говорит о нем даже больше, чем о работе.

— Я его не виню, полагаю, не очень приятно говорить о трупах после долгого рабочего дня.

— В этом есть смысл, — рассмеялась она и вздохнула, промакивая виски платком. — Хотите к нам присоединиться? Мы собираемся посетить зверинец.

— Да, конечно, — я взглянула на Аркадия, который говорил с Костей, и, хотя они были совсем близко, я не могла понять ни слова. Речь была резкой, славянской, хоть я и не понимала, что именно это за язык. В любом случае, разговор был оживленным и радостным.

Зоологический сад был настолько маленьким, что было удивительно, как туда поместилось такое количество животных. Но стоило нам оказаться внутри, как мы поняли, как это удалось.

Вдоль дорожек стояли либо клетки, либо вольеры, в зависимости от того, какое животное находилось внутри. Верблюды просовывали морды между металлическими прутьями, позволяя посетителям покормить их небольшими морковками или зерном. Павлины свободно летали повсюду, насколько это получалось с такими массивными хвостами. Их крики были странными, экзотическими. Если закрыть глаза, я могла бы представить, что нахожусь где-то в тропиках, особенно в такую жару.

Львы лежали в клетках на бетонном полу, громко похрапывая в тени. Птицы и обезьянки перекрикивались, сидя в вольерах в вышине. Буйвол чесался о решетки, его тело было таким огромным, что металлические прутья сотрясались. Я всегда думала о том, что мешало зверям убежать на свободу в Манхеттен. Полагаю, то, что никто из них не попытался вырваться на свободу, было чистой удачей.

— Приятно видеть, что ты держишься подальше от неприятностей, — Костя с такой силой хлопнул Аркадия по плечу, что тот едва не упал.

— Говоришь так, будто это обычное дело, — Аркадий потер кожу в месте удара.

— Нет! Нет, что ты. Ты так долго был молодцом. Просто кажется, что только вчера мы были молоды и везде были источниками хаоса. О, неужели мы и правда стареем? — рассмеялся он. — Удирая от того неловкого парниши, разве ты мог представить себе, что он станет комиссаром? Он точно заслужил это не поимкой преступников, потому что так никого и не смог поймать.

Как бы я не старалась, а плечи мои напряглись от этих слов. Я подумала, что мы не можем избежать нервного напряжения, отдохнуть от него даже день.

— Для него единственным способом закрыть дело было свалить все на кого-то, — с горечью ответил Аркадий.

— И все же, не на тебя, до сих пор не на тебя. Но это я не чтобы сглазить, — Костя постучал по деревянной ограде.

Я подхватила Аркадия под локоть, и мы отстали от Эмили и Константина.

— Он правда так долго под тебя копает? — спросила я.

— Раньше он работал с вызовами на беспорядки в домах, — пояснил Аркадий. — С тех пор он висел у меня на хвосте, потому что не верил, что я могу измениться за десять лет. Думаю, проще все свалить на тех, кто уязвим, чем на самом деле расследовать преступления.

— Думаешь, он сможет повесить на тебя дело Винсента? Даже без улик?

— Нельзя никого обвинить в убийстве, пока не найдено тело, — пожал плечами он. — А этого не будет, обещаю, — успокоил он меня.

— Я не собираюсь в этом участвовать.