Он сорвался на бег с пугающей скоростью и ловкостью, так быстро, что ей ничего не оставалось, кроме как крепко сжать ноги вокруг него, чтобы не подпрыгивать. Свет обжег ей глаза, когда он побежал обратно в сторону скалистой стены.

— Айрик? — пискнула она.

— Глаза закрыть. Я починить.

Несмотря на его предупреждение и на то, что каждое воспоминание и жизненный опыт кричали ей не смотреть, она подняла голову в сторону океана.

— Ох, блядь.

Если раньше она видела темную поверхность воды, пусть и немного в отдалении, но всё же определенно какой-то океан, то теперь океана не было. Только гул, которого раньше не было, и мокрые равнины, усеянные темно-коричневыми клубнями растительности.

Вдалеке что-то показалось. Нора ахнула. Белая гряда растянулась на весь горизонт, пенясь так, словно сам океан взбесился.

Желудок скрутило от тошноты, когда чудовищная волна хлынула к ним.

Она в панике повернулась обратно к Айрику. Дыхание затуманивало стекло; было видно, как тяжело он дышит, мчась с нечеловеческой скоростью. Он не успеет, если ему придется нести ее. Каждое тошнотворное и ужасное воспоминание о том дне много лет назад поднялось, как острый шип, из глубин личного ада Норы.

— Айрик. — Ее голос был едва ли громче хрипа.

Цунами неслось на них. Они всё еще были только на полпути к стене.

Значит, для меня всё закончится именно так, — подумала она. Океан был другим, но конец будет тем же. Это должна была быть она, а не Тео, все те годы назад. И в этот раз это должна быть она, а не Айрик.

— Айрик, — снова позвала она, пытаясь вырваться из его хватки. — Отпусти меня.

Его дыхание сбилось. Звук его шагов по песку был ровным, но недостаточно быстрым.

— Отпусти меня. Тебе слишком тяжело.

Его пальцы впились в ее плоть.

— Всё в порядке. Ты не успеешь.

Его руки крепче сжались вокруг нее — стальные обручи, из которых было не вырваться. Она заглянула в его визор. Всё, что она увидела, — это собственное, странно умиротворенное лицо.

— Отпусти меня.

Он ничего не ответил, лишь продолжал бежать вперед. Земля дрожала от приближающихся волн, высоких, как небоскребы.

— Айр…

— Нет! — выкрикнул он. — Ты моя!

До скалистой стены оставалось еще несколько десятков ярдов. Стиснув зубы, она ударила его изо всех сил кулаком в грудь. Он издал ошеломленный звук, сбившись с шага.

Но он ее не уронил. Вместо этого он зарычал, как волк, а затем стиснул ее так, что выбил из нее дух. Расширение и сужение его грудной клетки заставили ее подстроиться под его рваное дыхание.

Айрик впечатал ее во что-то твердое, закрыв ее тело своим.

А затем время вышло.

Вода с яростью размазала их о скалу. Не осталось ничего, кроме давящей тьмы и холода.

Всё разом обожгло болью. Каждый саднивший кусочек ее кутикул, ее глаза и потрескавшиеся губы. Вода хлынула в легкие. Твердая масса Айрика пригвоздила ее к стене. Механическое напряжение работало в его костюме, подергиваясь, пока он запирал ее в ловушку, сражаясь с мощью целого океана. Его грудь плотно прижимала ее голову к скале, спасая от ударов.

Не зная, сколько они пробыли под водой, Нора почувствовала, как грудь запульсировала от давления потребности в воздухе.

Именно так это случилось с Тео. Она знала это.

В тот момент, когда чернота забвения нависла над ней, Айрик оттолкнулся от стены и потащил ее за собой. Он первым прорвал отступающую воду, держась за воротник ее костюма. У нее промелькнула неуместная, но оттого не менее впечатляющая мысль о том, что его швы каким-то образом выдержали волны и его силу. Мать хорошо его обучила.

Он тащил ее вверх по лестнице, пока они оба не провалились через проем в стене на сухое поле над обрывом. Айрик швырнул ее на спину с такой силой, что вода с болезненными спазмами вырвалась из ее легких.

Нора отползла подальше и от него, и от стены так быстро, как только могло двигаться ее избитое тело.

Вода, застрявшая под костюмом, давила на кожу. Она расстегнула молнию и сорвала костюм, оставшись в большой рубашке Айрика. Безнадежно промокшая, но, по крайней мере, не в ловушке.

Тело Айрика дернулось, словно неисправный аниматроник. Он крякнул от натуги, пытаясь дотянуться до чего-то за головой. Механизм, питавший его костюм, резко отбросил его руку назад, заставив его вскрикнуть. Упав на землю, он уперся в скалу, чтобы заблокировать хаотичную силу костюма.

Нора сидела как вкопанная, наблюдая, как он мечом разрезает свой костюм. Он выполз из него, отпихнув назад всё еще бьющийся в конвульсиях, словно обезумевшая змея, скафандр. Затаив дыхание, он поднял костюм — его руки напряглись от усилий под его тяжестью — и швырнул его вниз по лестнице.

Он рухнул на спину, скрытый от нее высокой травой.

Долгое время всё, что Нора слышала, было его хриплое дыхание.

Но она увидела достаточно. Вспышки черного, серебристого и белого. Ангел ей не приснился. Это был он.

Ей хотелось позвать его, но робость заставила ее замолчать.