Айрик замер; на него снизошло угрожающее спокойствие, когда на устройстве в его руке что-то мигнуло.

— Он жнец.

Торрен отстранился, слегка покачав головой.

— Он из межзвездного флота. Это невозможно…

— Он внедрил код в двигатели, нарушил работу системы. Смотри.

Айрик схватил Ксалликса за подбородок, снова заставляя его отвести взгляд от Норы. Другой рукой он поднял устройство, на котором была открыта всё та же карта.

— Всё кончено, — сказал он Торрену. — Мы в ловушке.

Торрен изучил текст и изображение, и по его лицу расползлась свирепая гримаса.

— Как я и сказал, — произнес Ксалликс без малейшего намека на беспокойство о своей раздробленной ноге, оторванной руке или угрозе от двух окружавших его мужчин. — Необратимо.

Кулак Торрена врезался ему в лицо.

Нора вздрогнула, ударившись затылком о стену, словно кулак прилетел и в неё.

— Только смерть необратима, — сказал Торрен. Он прижал предплечье к горлу Ксалликса и вдавил его выше в стену, так что ноги торджарина повисли в воздухе. — И даже тогда исключительные обстоятельства могут это опровергнуть. Давай проверим, насколько ты исключительный?

Пока глаза Ксалликса выкатывались из орбит от нехватки воздуха, Торрен прервал атаку, чтобы выкрикнуть что-то в коридор. Нора поняла, что это был приказ кораблю. Все замерли в ожидании. Даже Ксалликс попытался посмотреть на потолок, выплевывая на пол черную кровь вместе с добрым десятком зубов.

Нора крепко зажмурилась. Беспомощная, как и всегда. Ей оставалось лишь молиться, чтобы корабль отреагировал.

Коридор погрузился в тишину, казавшуюся еще более гнетущей из-за влажности, шедшей из душа.

— Ты уничтожил связь, — произнес Торрен. — Отрезав и самого себя. Зачем?

— Кудра. Вот его истинная цель, — ответил Айрик. Он смотрел на устройство в своей руке. Меньшая точка зависла за пределами планеты. — Остальные ждут его команды. Я должен был проверить его работу. Но я не мог отходить слишком далеко…

Он не закончил фразу. Вместо этого он швырнул стеклянный прибор вдоль по коридору — тот оставил вмятину на металлической стене и со звоном разлетелся на полу. Он отвернулся, даже не взглянув на неё, прижался лбом к стене и сжал кулаки.

В голове стучало от резкого инопланетного языка — Торрен рявкал приказы, которые Ксалликс игнорировал, и теперь они были непонятны. Нору пробил холодный пот; накатывала паническая атака.

Меч Айрика лежал на полу посреди коридора. Медленно подползнув к нему, она втащила тяжелое оружие к себе на колени.

Так она могла его спасти.

В тот момент, когда она отстранилась, Айрик оттолкнулся от стены. Словно почувствовав её слабую попытку разоружить его, не дать ему совершить нечто поистине необратимое.

Свечение в его глазах вспыхнуло — холодное и расфокусированное.

— Это не твое, — сказал он, схватив клинок и вырвав его у неё из рук.

Она знала: если она покажет хоть каплю страха, он сломается. Возможно, прямо здесь. Не зная, что ещё ей остается, кроме как смотреть снизу вверх на мужчину, который был её спасителем и любовником, она выдавила улыбку.

— Прости, — сказала она; её щеки горели, мокрые от слез. — Но я не хотела, чтобы ты…

Торрен что-то сказал, всё ещё прижимая Ксалликса к стене.

Айрик возвышался над Норой, мышцы на его шее и плечах перекатывались, как у затаившегося зверя. Он что-то шептал себе под нос.

Черанна. Черанна. Черанна.

— Айрик! — тон Торрена перешел в обжигающий приказ.

Следующие несколько минут пронеслись в голове Норы словно в водовороте. Айрик оставил её, и оба мужчины потащили Ксалликса в хвостовую часть корабля.

Всё ещё сидя у двери душевой кабины, она уткнулась лбом в колени, проглатывая слезы. В тот самый миг, когда её горе достигло пика, на неё запрыгнуло теплое пушистое тело.

— Лаки! — воскликнула она, раздвигая колени, чтобы дать ему место, но не поднимая головы, чтобы скрыть лицо. — Ты уже совсем поправился?

Этого не могло быть — у него ещё оставалось время в исцеляющей капсуле, но, должно быть, кто-то выпустил его, чтобы он мог побыть с ней. Она крепко прижала его к груди, пряча синяки, которые, как она знала, скоро проступят у неё на груди и шее, в надежде, что его тяжесть и вылизывания подавят надвигающуюся паническую атаку. Её приступы всегда накатывали медленно, давая ужасу шанс впиться поглубже.

Она услышала, как Айрик и Торрен вернулись. Торрен прошел дальше на командную палубу, а Айрик задержался, чтобы бросить рядом с ней тюбик исцеляющего геля.

Им всем пиздец — ей не нужно было быть пилотом, инженером или моразиром, чтобы это понимать. Она задалась вопросом: может, всё дело в ней? Может, невезение прилипло к ней еще в день её рождения, насылая несчастья на тех, кого она любила.